Когда замуж, Инка? полностью

– Логично, – соглашается Нана. – Но ты не должна себя ронять, Инка. Не опускайся до ее уровня. Сцена на девичнике Рейчел – это как раз… – Она качает головой.

– Я тебя умоляю, Нана! Я и так чувствую себя виноватой. С Рейчел я помирюсь. Но я не жалею, что не дала себя в обиду. Будем честными: мы с Олой никогда не дружили. Мы просто считались подругами, ведь мы двоюродные сестры. Теперь можно перестать притворяться и пойти каждая своей дорогой. – Я беру телефон и возобновляю поиски.

Некоторое время Нана сидит тихо, а потом негромко говорит:

– Ты изменилась.

– Что ты сказала?

– Ты изменилась, Инка. И не в лучшую сторону.

Я фыркаю.

– Извини, но почему виновата всегда я одна? Очень надеюсь, что Оле ты тоже отдаешь должное.

– С ней у меня уже был разговор. Зря она над тобой смеялась. Но сейчас речь не об Оле, а о тебе.

– О, просвети меня, гуру!

– Ты составила целый план из записочек. Запланировала изменить себя – ради мужчины. А еще ты врала. И крала…

– Этот пункт исключи. Я попросила прощения за то, что взяла твой комбинезон.

– Слушай, я знаю точно одно: Инка, которую я наблюдаю последние месяцы, – не та Инка, которую я знаю и люблю.

Следует монолог о переменах, которые я претерпела. Мне становится скучно, и я опять берусь за телефон.

Вот этот вроде симпатичный… Нет, мне не годится курильщик.

– Ты следишь за тем, что я говорю? – спрашивает Нана. В ту же самую секунду у меня замирает сердце. Я щурюсь.

Это что, Донован?

– Эй! – Нана вырывает у меня телефон и отбрасывает его подальше.

– Отдай! – кричу я.

– Ты совсем меня не слушала! – Она не обращает на меня внимания, сейчас для нее важнее экран моего телефона. – Серьезно?! – Она испепеляет меня взглядом.

– Ты что? – Я пытаюсь завладеть своим телефоном. – Разве ты сама не говорила, что мне надо там полазить?

– Да, но не так!

– Ладно, отдай телефон. – Я хихикаю. – Я избавилась от парика, против которого ты так возражала. Всего один парень мне всерьез понравился – так ты и его утащила. Честно, чего еще ты от меня хочешь?

Нана не сводит с меня глаз, у нее кривятся губы. Она почти что кидает мне телефон.

– Спасибо. – Я разблокирую телефон и назло ей возвращаюсь в Hinge.

– Как хочешь. – Она выходит, я даже не смотрю ей вслед. Вместо этого я опять захожу в профиль Донована.

Куда я смотрела раньше? Вот же он: борода, афрокосички, эти его сумасшедшие ямочки. Фотографию сопровождает скупая строка: «Обратись ко мне, если умеешь поддержать разговор». Ну, эти типично.

– Я делаю это только потому, что забочусь о тебе!

Нана врывается в мою комнату с белой визиткой в руке.

– Фрэнсис Кирклэнд, профессиональный психотерапевт. Моя коллега настоятельно его рекомендует…

– Психотерапевт? Нана, ты преувеличиваешь. Мне не нужен мозгоправ.

Она все-таки сует мне карточку; можно подумать, что я отказываюсь взять деньги.

– Позвони ему прямо в понедельник.

– А то что? – Я складываю руки на груди. Нана делает то же самое.

– А то я съеду.

Я ставлю на паузу «Как избежать наказания за убийство» и убираю ноутбук. Иду в ванную, на ходу открываю в телефоне Tinder, сажусь на унитаз. Наткнувшись в Hinge на профиль Донована, я была вынуждена спешно удалить из этого приложения свой аккаунт. Лишь бы он не успел увидеть мой профиль! Я бы умерла от смущения.

Сама не верю, что захожу в Tinder. Уж в эту-то службу знакомств я никогда бы не полезла… и вот я в ней. Признаюсь, это затягивает. Когда я созналась в этом Джоанне и Брайану в прошлую пятницу, они меня, конечно, одобрили.

– Давно пора, – сказал Брайан. Мы сидели в баре All Bar One, куда я намеренно не ходила несколько месяцев.

– Спасибо, – громко сказала я, пробуя свой дорогущий лимонад. Потом скроила гримасу. – По мнению Наны, сейчас мне не надо ни с кем встречаться.

– ЧТО? – вскинула брови на лоб Джоанна.

– Вот и я так ей сказала. Лучше скажи, как твоя новая работа? – Я читала по ее глазам реплику, которую предотвратила.

– Мне нравится! Все: и люди, и обстановка. – Джоанна загибала пальцы, перечисляя, что ей по сердцу.

После того как мы с Брайаном задали нужное количество вопросов, речь зашла о Брэндоне, ее бойфренде. Похоже, они очень счастливы.

– А ты, Брайан? – спросила я, надеясь, что рассеется мое неприятное чувство. Я не завистливая, не завистливая. Я очень рада за нее!

Ненависть Брайана к его работе никуда не делась. Как и моя ненависть к себе за то, что испытала облегчение.