– Пока у меня больше к вам вопросов нет, Елизавета Борисовна, – сказал он, вставая. Планшет вернул в сумку, а бутылку воды взял в руку. – Если они появятся, я или мои коллеги с вами свяжемся. – Он открутил крышку, чтобы сделать глоток. – Вы ведь еще не уезжаете?
– Пока не собираюсь.
– А вы, Евгений Дмитриевич? – И развернулся к Колчину всем своим пухлым телом. Двигался он на удивление грациозно.
– Я-то вам зачем? – подивился тот.
– Не мне, а моему коллеге. Вы знаете, о ком я.
– Тоже пока не собираюсь. Сегодня только вернулся на родину.
– Загорели странно. Пятнами.
– В горах по-другому не получается.
– До свидания. Провожать не надо, мы дорогу запомнили.
И, махнув стажеру, зашагал к выходу. Тот немного замешкался у бара. Никогда не видел парень такого количества элитного алкоголя, вот и подвис.
– О каком коллеге шла речь? – сразу же, как полицейские скрылись, спросила Лиза.
– Я свидетелем прохожу по одному нехорошему делу. Чтобы уехать на отдых, пришлось через больших начальников вопрос уладить. – Он включил свет на террасе, потому что на улице уже стемнело. – Вернемся к ужину?
– Что за дело?
– О незаконном игорном бизнесе. Но до суда оно вряд ли дойдет, так что не о чем переживать. – Дядя Женя приобнял Лизу. – Ты думаешь, джентльмены в своем клубе только сигары курят да виски попивают?
– Нет, еще обсуждают финансы и политику.
– В покер режутся, крэпс, на рулетке играют. Все богатые, азартные.
– И вас накрыли?
– Облава была, мордой в пол полежали, и только. Но дело завели, кое-кого из нас в свидетели записали. Отцу твоему удалось сухим из воды выйти, а я и не старался. В джентльменском клубе прокурор области тайно состоит.
– От него я избавлюсь в первую очередь! – воскликнула Лиза.
– От прокурора?
– Клуба джентльменов.
– Он без Бори сам стухнет. А здание (точнее, его половину) оставь и сдай в аренду.
Они вернулись за стол. Шашлык остыл, а новый жарить не хотелось. Решили просто пить вино и закусывать овощами. За этим их застала Айгюль.
– Полиция уехала, – сообщила она. – Можно доставать таблетки?
– Да, неси их сюда.
– Они при мне! – Айгюль отвернулась от них и, как Лиза поняла, начала вытряхивать что-то из лифчика. Когда тайник опустел, высыпала на стол упаковки с голубыми и розовыми таблетками. – Вот!
Дядя Женя взял одну, повертел в руках.
– И что ты в них нашла подозрительного?
– Все по-иностранному написано. Молнии нарисованы. А такие, – она ткнула в розовые, разделенные надвое, – в американских сериалах про обдолбанных подростков показывают. Они ими в клубах закидываются.
– Точно. Только в спортивных. Айгюль, это самые обычные предтреники.
– Чего?
– Добавки, которые принимают перед тренировками. Они дают дополнительную энергию, вот на упаковке молнии и нарисованы.
– Ой, как хорошо, – облегченно выдохнула горничная. – А я уж перепугалась! Слышала же, как Борис Алексеевич отчитывал внука… – И захлопнула рот руками, поняв, что проговорилась.
– Я все знаю, Айгюль, – успокоила ее Лиза. – Тебя попросили молчать, и ты это делала, так? – Она закивала. – Стасик умеет подольститься.
– Не он просил, а Вячик. Он считал, что вам ничего знать не надо. А Стасик порывался признаться, да брат не давал.
– Ясно все с ними. – Лиза почувствовала усталость. День получился какой-то бесконечный, богатый на события и эмоции. Опять что-то со временем случилось, и теперь оно растянулось. – А ты, Айгюль, верни таблетки на место и помалкивай о том, что брала их. Меня бы обидело, если б кто-то мои витамины принял за запрещенные вещества и спрятал от полиции лишь потому, что я один раз по ошибке их употребила.
– Это я виноват, нагнал паники, – вздохнул Евгений. – И проболтался к тому же!
– А вот это хорошо, – не согласилась с ним Лиза. – Наконец-то я знаю столько же, сколько остальные. Или нет и у вас еще имеются тайны?
– Больше никаких, – и еле сдержал зевок.
– Сонная доза?
– Смена часовых поясов. И утомительная дорога. Поеду, пожалуй, домой.
– Завтра увидимся?
– Дай мне день отдыха, хорошо? Да и сама выдохни немного, выглядишь вымотанной.
Дядя Женя подошел к ней, взял за плечи и чмокнул в макушку. Как всегда при встрече и прощании.
– Если я что-то узнаю раньше, то позвоню, – сказал он, напомнив об их уговоре. – Но Морозову будет не до меня: его бывшая супруга убита, дочь осталась без матери. А с патологоанатомом побеседую и таблетки в лабораторию отправлю.
Лиза больше не хотела ни говорить об этом, ни думать. Сегодня точно! Поэтому она помахала дяде Жене у двери, после чего направилась к себе. Осталось дождаться Стасика и Вячика, чтобы побеседовать с обоими, но делать это можно лежа в кровати и подремывая.
Она знала, где лежит ключ. Достав его, отперла дверь.
До боли знакомое убранство. Каждую вещь Аня помнила и немного ненавидела. Особенно картину с фламинго!
Первым делом она бросила взгляд на диван. На нем порядок. Не успела Аня выдохнуть, как увидела стаканы в раковине. Их два! Но это же ни о чем не говорит…
