— Так-то лучше, — презрительно бросила Афуан и повернулась к своему спутнику. — Займись этим, Галиан. Мекона следует наказать.
— Ты, девушка, тоже можешь идти, — произнес Галиан, когда принцесса исчезла. — Сожалею, что не имел чести знать этого Волчонка раньше. После недавних событий хотелось бы познакомиться с ним поближе.
Ро заколебалась. Облачко странной тоски набежало на ее лицо.
— Ступай, — мягко, но властно сказал Галиан. — Я его не съем.
Ро помешкала еще мгновение, затем бросила Джиму предостерегающий взгляд и исчезла.
— Пойдем со мной, Волчонок. — Галиан вдруг исчез, но секунду спустя появился вновь и понимающе улыбнулся. — Ты не умеешь перемещаться? Ничего, давай руку.
Джим очутился в просторной комнате овальной формы, с низким потолком и желтыми стенами. Из земных аналогов комната больше всего напоминала рабочий кабинет. Здесь было несколько столов — если, конечно, можно так назвать массивные, похоже, каменные плиты, без всяких подпорок висевшие в воздухе. За столами работали какие-то люди, темнокожие и низкорослые, не выше пяти с половиной футов, явно неблагородного происхождения.
Один, правда, был дюймов на десять повыше коллег, фунтов на сто тяжелее и абсолютно лыс, в то время как остальные носили густые шевелюры до плеч — в подражание Высокородным. В глаза бросалась его непропорционально большая голова; шишковатый, обтянутый серой кожей череп был так велик, что лицо — глаза, нос, рот, уши — выглядело на нем словно бы плохо приклеенным, напоминая перекошенную, сморщенную маску.
При виде Галиана человек встал.
— Все в порядке, Рис, — махнул рукой Галиан. — Продолжай работать.
Атлет с лицом младенца послушно сел и вернулся к созерцанию какой-то карты.
— Рис — нечто вроде моего телохранителя, — пояснил Галиан. — Хотя, признаться, телохранители мне ни к чему. Как и любому Высокородному. Это тебя удивляет?
— Я слишком многого не знаю, — заметил Джим.
Галиан кивнул, уселся на одну из подушек и протянул длинную руку.
— Покажи-ка свое оружие. То, которым ты ранил Мекона.
Джим вынул кинжал и подал рукояткой вперед. Галиан осторожно поднес его к глазам, потрогал пальцами клинок, потом столь же аккуратно вернул оружие Джиму.
— Наверное, им можно прикончить обычного человека, — сказал он.
— Да, — ответил Джим.
— Так, — Галиан задумался. С минуту он сидел неподвижно, затем взгляд его вновь остановился на Джиме. — Любопытно. Надеюсь, ты понимаешь, что такие люди, как ты, не должны расхаживать по кораблю и задевать Высокородных, а тем более, наносить им раны?
Джим промолчал. Наблюдая за ним, Галиан улыбнулся — как несколько минут назад улыбался Мекону. Отчасти равнодушно, отчасти жестоко.
— Ты — интересный тип, Волчонок, — задумчиво проговорил он. — Весьма интересный. Видимо, ты даже не догадываешься, кто ты есть на самом деле. А на самом деле ты — да будет тебе известно — букашка, которую любой Высокородный способен раздавить одним-единственным щелчком. Взять того же Мекона. Да он только сжал бы слегка кулак — и от тебя осталось бы мокрое место… Кстати, именно так Мекон и собирался поступить. И поступил бы, не останови его мы с Афуан… Однако я — не Мекон. Начнем с того, что я справедлив, как сам Император. Ведь мы с Императором братья, к слову сказать. Посему, я не использую своего права на щелчок, Волчонок. Вместо этого мы побеседуем с тобой на равных. Как Высокородный с Высокородным.
— Благодарю, — Джим поклонился.
— Незачем меня благодарить, — мягко сказал Галиан. — Ты, Волчонок, не должен ни благодарить меня, ни проклинать, ни умолять, ни восхвалять. Если я говорю, тебе не надо делать ничего, только внимательно меня слушать. А когда задам вопрос — отвечать. Итак, начнем. Каким образом ты попал в эту компанию — Мекон, Трахи, Словиель?
Джим рассказал все как было — сжато и без эмоций.
— Понятно, — выслушав, произнес Галиан. Он обхватил колено длинными руками и, не спуская с Джима глаз, откинулся на подушки.
— Стало быть, ты целиком полагаешься на то, что принцесса Афуан бережет тебя для очей Императора. И отсюда делаешь вывод, что никто не посмеет причинить твоей персоне какой-либо вред. Так? Что ж, даже если ты и прав, Волчонок, все равно ты выказал пример поразительного самообладания. Не повести бровью, когда разъяренный зверь кидается прямо в лицо… Каково! — Галиан умолк, как бы предоставляя Джиму право вступить в разговор, но Джим по-прежнему хранил молчание.
— Я разрешаю тебе говорить, — подсказал Галиан с едва заметным недовольством в голосе.
— Что именно ты хотел бы от меня услышать?
Лимонно-желтые глаза Галиан а по-кошачьи блеснули.
— Да-а, — протянул он озадаченно. — Ты крепкий орешек, Волчонок. Хотя… не смею утверждать наверняка, что в совершенстве постиг ваши волчьи повадки… Оттого и объективность моих суждений под сомнением. — Он придирчиво оглядел Джима. — Скажи-ка, Волчонок, мужчины твоего народа — ведь они ниже тебя ростом?
— В среднем — да, — ответил Джим.
— В среднем? Стало быть, есть и выше?
— Да, — ответил Джим, не желая вдаваться в подробности.
