— Как Высокородные? — допытывался Галиан. — Найдутся среди вас люди моего роста?
Подумав, Джим ответил утвердительно.
— Но немного, — уточнил Галиан. Глаза его лучились странным блеском. — Ведь таких людей у вас один на тысячу, они — редкость в вашем племени, не правда ли?
— Правда, — признался Джим.
— Между тем, — продолжал Галиан, — их презирают. Их гонят и избегают, их кличут выродками, отщепенцами. Так или нет? — Его пальцы нервно теребили колено. — Я прав, Волчонок?
— Отчасти — да, — согласился Джим.
— Я так и знал, — Галиан вздохнул. — Видишь ли, у нас, Высокородных, как раз все наоборот. Мы, Высокородные, — не отщепенцы. Напротив, мы единственная благородная раса Ибо превосходим вас, остальных, во всех отношениях — умственно, эмоционально, физически… возможно, ты просто не успел осознать это. Само собой, случай не замедлил подсказать тебе, на чьей стороне сила. Правда, согласись, ты слегка понервничал, но потом тебе повезло — тобою заинтересовался я.
Галиан обернулся к Рису.
— Эй, принеси сюда трубки.
Телохранитель прервал изучение карты и через несколько минут принес две уже знакомые Джиму черные трубки.
— Благодарю, Рис, — Галиан принял оружие. — Так вот, Волчонок, я уже сказал, что второго такого Высокородного, как я, не найти нигде и никогда. Расовых предрассудков я лишен начисто. Не потому, что сентиментален, а единственно потому, что практичен. Смотри внимательно. Я тебе кое-что покажу.
Он сделал знак одному из темнокожих работников. Вызванный немедленно встал и, приблизившись, остановился позади Риса. Галиан протянул ему одну трубку, которую тот сразу и молча заткнул за пояс.
— Рис — мой телохранитель, — пояснил Галиан. — Он буквально рожден быть им. Полюбуйся, до чего ловко он управляется с оружием. Я сейчас дважды хлопну в ладоши. — Галиан повернулся к Рису и его противнику, стоявшему в двух шагах от атлета. — Первый хлопок — сигнал для нападения. Однако, заметь, Рис имеет право воспользоваться своей трубкой лишь по второму хлопку. Смотри внимательно, Волчонок.
Галиан вскинул руки и негромко хлопнул в ладоши — дважды, с интервалом не больше секунды. С первым хлопком темнолицый молниеносно выхватил из-за пояса трубку, прицелился в Риса, и не успел еще раздаться второй хлопок, как трубка выплюнула ослепительную дугу огня. И все-таки Рис успел — выстрел темнокожего наткнулся на встречный, и оба сгустка энергии с треском ушли в потолок.
— Браво, — произнес Галиан.
Противники опустили оружие и отвесили Высокородному поклон. Галиан забрал у темнокожего трубку и, отпустив его взмахом руки, повернулся к Джиму.
— Смотри дальше, Волчонок.
Галиан сунул трубку в петлю на поясе. Словно по команде Рис проделал то же самое.
— Представление продолжается, — вкрадчиво молвил Высокородный. — Теперь — никаких сигналов. Рис выстрелит когда ему вздумается.
Атлет шагнул вперед и очутился на расстоянии вытянутой руки от Галиана. Мгновение помешкав, он как бы невзначай кинул взгляд в дальний конец комнаты, и одновременно его ладонь метнулась к поясу.
Раздался короткий и громкий щелчок — КЛИК!
Джим моргнул. Длинная, похожая на жердь рука Галиана была вытянута вперед; трубка атлета так и осталась в петле, намертво прижатая оружием Высокородного. Галиан коротко рассмеялся и убрал руку.
— Видел? — улыбнулся он. — В быстроте реакции с Высокородным не потягается ни один смертный. Такой, как ты — тем более. Вот почему Мекон хотел заставить тебя драться с ним на трубках. Твои шансы практически равнялись нулю.
Галиан сделал паузу.
— Да, я тебе говорил, — мы — единственная благородная раса. Аристократы. Мои рефлексы быстрее, память — глубже, ум — проницательнее, эмоции — острее… Я, Галиан, превосхожу во всем не только таких людей, как Рис или ты, но и своих Высокородных собратьев. Тем не менее, у меня чертовски много слуг, больше, нежели у любого из наших. И они всегда загружены работой. Ты скажешь, зачем я так поступаю, когда сам могу все сделать гораздо лучше и быстрее?
— Полагаю, — сказал Джим, — ты поступаешь так потому, что не умеешь находиться в нескольких местах одновременно.
В глазах Галиана промелькнула искра.
— А ты умен, Волчонок! На самом деле мне нравится работать с низкорожденными — ведь я для них царь и бог… Кроме того, они могут быть чертовски полезны. Вот что мне пришло в голову: очень возможно, когда-нибудь, мне пригодится и Волчонок со своей маленькой острой игрушкой. Ты удивлен?
— Нет, — Джим покачал головой. — Ты потратил на меня столько времени, что я уже ничему не удивляюсь.
Галиан вновь откинулся на подушки.
— Что ни слово — в точку, — пробормотал он. — Определенно, у этого зверька есть что-то в башке. Сыроватое, конечно, но есть. Нет, не зря я битый час здесь распинаюсь… Да, Волчонок, ты сослужишь мне службу. Потом. В свое время. Почему я заговорил об этом сейчас — догадываешься?
— Вероятно, ты хотел бы оплатить мои услуги вперед? — предположил Джим.
