— Не при помощи ушей,— быстро ответила она,— а внутренним слухом. Сейчас они не надвигаются на нас, они предпочитают выжидать. Но думаете, они будут вести себя так и тогда, когда мы отправимся на восток, и они узнают, что их границы нас не удерживают? Думаете, они отступят?
— Интересно, кто-либо раньше отказывался от Колдовства? — поинтересовался Кемок.— Совет должно быть так удивился, узнав, что ты сбежала, как если бы против них восстал один из камней городской стены Эса. Но зачем им было удерживать тебя против воли?
— Это довольно просто объяснить — я оказалась не совсем такой, как опи. Поэтому сначала они не проявляли ко мне особого интереса. Некоторые в Совете считали, что я подорву их авторитет, если окажусь в их рядах. Потом, когда угроза из Карстена стала нарастать, они готовы были на любую лишнюю силу, чтобы их общая Сила преумножилась. Итак, они решили учить меня своему ремеслу, чтобы с моей помощью их Силу, накапливаемая веками, обогатилась. Но до тех пор, пока я не приняла Клятвы и не стала одной из них, подавив свое <я % они не могли использовать меня в своих целях. Я откладывала этот момент как могла. Но при этом...— Она замолчала, скрыв лицо в руках, что покоились на коленях. Она сцепила пальцы, словно боясь уронить голову.— Я хотела... ну, узнать то, что знают они! Каждой клеточкой своего организма я стремилась впитать все их знания, ведь я была уверена, что тоже могу творить чудеса. Но потом я вдруг вспомнила о том, что выбрав их путь, я потеряю часть своей жизни. Как вы считаете, тот, кто был частью трех, сможет ли быть счастлив один? И я замкнулась, не отвечала на их вопросы. И наконец пришло то время, когда они решились выступить против Карстена. Они объясняли мне — применение Силы с использованием энергии людей означает, что многие погибнут, они послужат сосудами, из которых будут черпать энергию. Им потребуется замена, поэтому выбора у меня не было. А теперь, после полного истощения, они тем более не позволят мне уйти, если у них хватит сил. И еще...— Она подняла глаза и посмотрела на нас.— С вами обоими они обойдутся безжалостно. Они всегда в глубине души не доверяли и боялись нашего отца — я узнала об этом, когда попала к ним. Для них противоестественно то, что мужчина может обладать, пусть и частично, Даром. И еще больше они не доверяли нашей матери за тот талант, который она обрела с помощью отца, тогда как по всем их правилам она должна была утратить Колдовской Дар, отдав свою жизнь мужчине. Они даже испытывали отвращение к этому, так как считали извращением. Они знают, что вы тоже обладаете неким Даром. И после прошедшей ночи и дня они еще больше озлобятся — и на то у них будет основательная причина. Ни один мужчина не может войти в Место Власти и, тем более, выбраться оттуда. Их охрана, безусловно, была истощена, но любой ценой они должны были убить любого мужчину, проникнувшего в замок. Итак, вам нельзя доверять, вы враги, вас следует уничтожить!
— Каттея, что за девушка была там, в саду? — неожиданно спросил Кемок.
— Девушка?
— Ты, и в то же время не ты.— ответил он.— Я поверил ей — чуть не забрал ее и не ушел. Кайлан не позволил мне сделать это. Почему? — Он повернулся ко мне.— Почему ты не поверил ей?
— Сначала мне просто показалось. Потом... Она словно была запрограммирована. Она так вцепилась в тебя, будто перед ней была поставлена задача — удержать тебя...
— Она была похожа на меня? — спросила Каттея.
— Как две капли воды — такая же нежная, улыбалась. Но..* теперь я понял — ей не хватало человечности.
— Призрак, мое подобие! Тогда они ждали вас, знали, что вы попытаетесь прийти мне на помощь и вызволить оттуда! Но для того, чтобы создать такого двойника, требуется очень много времени. Интересно, кто из новообращенных это был на самом деле?
— Перевоплощение ? — спросил Кемок.
— Да. Но еще сложнее, ведь они должны были сделать ее такой, чтобы вы ничего не заподозрили. К тому же мы общаемся мысленно — они узнали и об этом? Да, скорее всего! И это многое доказывает — теперь они более чем уверены, что вы враги. Интересно, когда они догадаются, что мы не в ловушке, и кинутся за нами?
На этот вопрос ответа у нас не было. Но на душе стало как-то неспокойно. Ручей журчал в темноте, лошади мирно жевали траву, а мы всматривались в темноту, но ничего подозрительного не видели.
