– Возможно, энергию генерируют грибы кордата, – задумчиво сказала Эшлин. – Или механизмы под кожей…
– Да какая разница, – буркнул Веш, которому надоело слушать непонятные разговоры. – Мы только зря тратим время. Надо догнать демонов и спасти моего сына.
– Для Касамира и его великана убить нас – все равно что дракону задрать спящую корову в поле. Необходимо изменить расстановку сил.
– И чем же нам поможет иссохший труп?
– Касамир управляет великаном, пользуясь сходным устройством, – объяснила Эшлин. – А оно несовершенно.
Эшлин снова потянулась к магнитам, но на этот раз не коснулась их пальцем, а сгребла в горсть и сжала кулак что было сил, напрягая все мышцы предплечья.
Рука мертвеца дернулась, содрогнулась, а потом рассыпалась облачком костяной пыли и клочками иссохшей кожи. Эшлин взглянула на Веша.
– Если ты вот так умеешь, то ради чего мы здесь валандаемся? – спросил Веш.
– Все не так просто. Чтобы задействовать одну сторону замкнутой системы, мне нужен доступ к другой ее стороне.
– Ну и как это сделать? – не унимался Веш.
Эшлин закусила губу, а потом сказала:
– Каждому из нас предстоит сыграть свою роль. – Она повернулась к Бершаду. – Тебе достанется самая болезненная. – Потом она перевела взгляд на Фельгора. – А тебе – самая важная.
Кастора воротило от одного вида поганого старикашки, который явился на ужин к Валлену Вергуну.
Озирис Вард прибыл из ниоткуда в хлипкой лодчонке, без еды и воды; у него даже фляги с собой не было. Не было у него и оружия, но глаза горели так зловеще, что Кастору стало не по себе.
– Ты прислал мне хороших бойцов, – сказал Озирис, не выказывая ни малейшего интереса к трапезе.
– Я прислал лучших, как ты и просил, – ответил Вергун, отрезая очередной ломоть мяса кинжалом из драконьей кости.
Кастор очень старался не смотреть на якобы свиную вырезку в тарелке Валлена, но получалось плохо.
– Твоя правда. – Озирис перевел взгляд на Кастора, пряча легкую улыбку в жиденькой бороденке. – Ты служил в баларской армии?
– В хореллианской гвардии, – ответил Кастор.
– Да, конечно. Хореллианских гвардейцев, даже бывших, всегда легко отличить по напряженному развороту плеч. Что, империя была недовольна твоей службой?
– Это я был недоволен службой в империи.
– Гм. А что…
– Вард, я пригласил тебя не для того, чтобы ты расспрашивал Кастора о его прошлом. Выкладывай все как на духу.
– Тебя интересует Сайлас Бершад?
– Прошлым летом я выдворил этого мудака из Таггарстана, но сначала переломал ему все кости. По слухам, ему удалось выбраться из баржи, убить семерых моих людей, а потом проникнуть в императорский дворец и заколоть императора. Все это весьма сомнительно.
– Никаких сомнений тут нет и быть не может, – возразил Озирис Вард. – Сайлас Бершад убил Мерсера Домициана и несколько десятков хореллианских гвардейцев. – Он выразительно глянул на Кастора.
На лице Кастора не отразилось никаких чувств – ему было абсолютно безразлично, даже если бы кто-то вырезал всех хореллианцев до единого.
– Как ему это удалось? – требовательно спросил Вергун.
– В нем течет особенная кровь, которая позволяет заживлять раны с невероятной быстротой.
– Особенная кровь? Драконьи ссаки! – выругался Вергун.
– Особенности, присущие его крови, сами по себе редки, однако в широком смысле это распространенное явление. Вот, к примеру, твоя кожа. Ген альбинизма передается из поколения в поколение, но проявляется непредсказуемо. Вдобавок такая аномалия не дает никаких преимуществ, а вот ее недостатки…
– Ты догадываешься, что с тобой произойдет, если ты начнешь перечислять мои недостатки?
Озирис пожал плечами:
– Отсутствие кожного пигмента, конечно же, доставляет определенные неудобства, но этот недостаток меркнет в сравнении с твоим пристрастием к садизму, которое и позволило драконьеру уцелеть. Надо было просто-напросто отрубить Бершаду голову и заспиртовать ее в бутыли, вот как эти… – Он кивнул в сторону голов Девана и Лиофы. – Однако же я тебе очень благодарен, потому что в результате мне все-таки удалось заполучить его в свое распоряжение и лично провести кое-какие исследования.
Вергун прищурил глаза:
– Он все еще в твоем распоряжении?
– Как ни прискорбно, нет. – У Озириса задергался левый глаз. – А все так хорошо начиналось. Мы сделали очень важные открытия, составили новые формулы роста. Но к сожалению, у Сайласа Бершада есть очень пронырливые друзья. Он сбежал из моей лаборатории, прежде чем я приступил к самым важным опытам, а вдобавок устроил пожар и уничтожил все мое собрание исследовательских материалов. В общем, причинил мне катастрофический ущерб, от которого я еще не оправился. Однако же… следы моих трудов навсегда сохранятся в его крови. Что ж, для меня это слабое, но весьма любопытное утешение.
– А для меня нет. Ты сказал, что знаешь, где находится Сайлас Бершад.
– Нет, я сказал, что знаю, где он будет находиться.
– И где же?
– Полагаю, через несколько месяцев он снова объявится на своей родине.
– В Альмире?
– Да.
– И на чем основана твоя догадка?
