А потом за мной пришли. Я топала на эшафот с видимым безразличием, но при взгляде на организованный для меня постамент едва заметно вздрогнула. На площади собралась куча народа, поглазеть на казнь. Некоторые из горожан были мне знакомы. Они опускали головы, не желая встречаться со мной взглядом. Места для знати были заняты. Среди незнакомых лиц я разглядела Шайена. Он победно улыбнулся, а взгляд его говорил «вот ты и проиграла». Я оскалилась в ответ: ну уж нет, я не доставлю вам такого удовольствия! В груди волной всколыхнулась решимость, и я с силой пнула одного из ведущих меня людей по коленке, второму врезала локтем под дых. Не ожидавшие такой подставы мужчины на мгновение растерялись, но мне и этого хватило с лихвой, чтобы вырваться из захвата и отбежать в сторону, выхватив у одного из них из-за пояса кинжал. В это же время с противоположной стороны площади донеслись крики ужаса, волна людей хлынула в мою сторону, и нашему взору явилось оно. Существо с изнанки. Оно было раза в полтора мельче, чем то, которое встретилось мне в лесу, но вид имело довольно устрашающий. Кто-то из толпы вытолкнул меня на открытую площадку, я поскользнулась и упала. Вскочила, сжимая в руках трофейный нож. Существо остановилось и забулькало. Кажется, оно надо мной смеялось. В этот момент воздух разорвал свист арбалетных болтов, по очереди вонзающихся в шкуру твари. А мою многострадальную шею схватила сильная широкая ладонь.
— Хотела уйти, не попрощавшись? — выдохнули мне в ухо. Нашел место и время для разборок. Тем более, когда я так близка к свободе, — а не выйдет, милая моя.
Я перехватила нож в правую руку и наугад пырнула державшего меня человека. Он ругнулся и разжал пальцы. Я проворно отскочила в сторону и бросилась бежать, но снова поскользнулась и упала в снег. Все-таки, босой ходить зимой очень неудобно. А бегать — в особенности. Почему-то за мной никто не гнался. Я в который раз поднялась и обернулась, хотя и знала, что делать этого категорически нельзя. Городская стража бросила все свои силы на борьбу с жутко воющей тварью, а Шайен… он лежал без движения с застывшими, подернутыми пеленой глазами, а вокруг него на снегу алели кровавые пятна. Мужчина был окончательно и бесповоротно мертв.
— Нет, — тихо и отчаянно прошептала я. Нож выпал из ослабевших пальцев, ноги подкосились, и я рухнула на колени, — я не хотела…
Нужно подниматься и уходить. Встать и сделать шаг, но ноги не слушаются. Внезапно меня вздернули с земли и куда-то потащили, перекинув через плечо. Видимо, прибыла подмога и меня все-таки сожгут. Я зажмурилась и помотала головой, отгоняя врезавшееся в память красивое лицо человека. Человека, которого я убила. У него была семья, друзья, близкие люди, а я вот так запросто оборвала его жизнь. Это оказалось просто, и мне даже стало страшно от того, насколько.
— Эй, ты живая там?! — прервал мое самобичевание знакомый насмешливый голос, — а то висишь как труп, — Арт прямо со мной на плече ловко вспрыгнул на подоконник, открыл окно, и мы оказались в какой-то комнате.
«Постоялый двор на окраине города», — сообразила я. Я сюда как-то заходила в поисках жилья. Парень сгрузил меня на узкую жесткую кровать и, бросив через плечо, что он скоро вернется, вышел. Я села, аккуратно спустила плохо слушающиеся ноги на пол и направилась к неприметной двери, за которой по моим прикидкам должна была находиться ванная. Открыла кран и долго держала под ледяной водой руки, пытаясь смыть с них следы несуществующей крови. Перед мысленным взором все еще стоял застывший взгляд синих глаз. Меня начала бить крупная дрожь, я обхватила себя руками, медленно осела на пол, свернулась в комочек и закрыла глаза.
В таком положении меня и застал вернувшийся Арт. Он вошел, помянул лешего и бросился закрывать кран. Потом поднял меня и закинул в ванную. Я даже не сразу поняла, что произошло, очухалась только когда вода начала заливать уши и нос. Вынырнула, отфыркиваясь и очумело глядя на своего «спасителя». Он что, издевается? У меня, можно сказать, тяжелая психологическая травма, а этот стоит, смеется. Я с визгом выскочила из ванной. Сейчас я его…
— Эй, ты чего? — опешил парень, — я как-то иначе представлял себе благодарность.
— Не дождешься!
Мы гонялись друг за другом по небольшой ванной, я пару раз почти его догнала, но Арт неизменно оказывался проворнее и ускользал прямо из моих рук. Потом я заложила слишком крутой вираж, поскользнулась и упала. Парень споткнулся о меня и тоже свалился. Неожиданно с моих губ сорвался смешок, а вскоре я хохотала, как сумасшедшая, сотрясая стены своим смехом и пытаясь отдышаться.
— Что, полегчало?
Я подавилась очередным смешком и прислушалась к себе. Действительно, полегчало. И ледяная стена апатии разрушилась, словно ее не было вовсе.
