Я, подобрав полы халата, присела на постель. Кровать была не такой широкой, как у меня, но места хватало. Я осторожно взяла словно огнем горящее запястье и нащупала рваный частый пульс. Ненавижу настоятелей!
— Элис? — тихо спросил мужчина, окидывая меня затуманенным взглядом, — привет.
— Привет, — прошептала я. Спрашивать, как он себя чувствует, было глупо.
— А ты живучая, — хрипло произнес он, — упрямая, но глупая. Ты же чуть не сгорела.
— Я знаю, — вздохнула я, — а вот тебе это откуда известно?
— Когда меня поймали и провели ритуал, мне было четырнадцать. Дар уже проснулся. Да и мой отец был отличным магом. Работал с порталами. Я много знаю об этом.
— Не представляю, каково тебе было лишиться силы, которую уже мог использовать, — покачала головой я.
— Цени жизнь, — как-то невпопад ответил он, — это величайший дар. Жаль, что это понимаешь только перед смертью.
— Нет, Кайл! Ты не умрешь.
— Мои предшественники перегорали на третий день после того, как начинался жар. Я и так уже прожил на трое суток больше. Да и можно ли назвать это существование жизнью?
— За жизнь нужно бороться! — горячо возразила я и отчаянно повторила, — ты не умрешь!
— Береги себя, — выдохнул Кайл и устало закрыл глаза, показывая, что разговор окончен.
Я стиснула зубы, продолжая считать пульс. Глубоко вдохнула и принялась осматривать его магическим зрением. То, что я видела, совсем мне не нравилось. Все тело мужчины слово оплетала черная сеть из жирных веревок. Кое-где веревки сплелись так, что полностью закрывали тело, а где-то сквозь них серебристым светом сияла запечатанная магия. Я коснулась магией черного плетения. Заскользила ей вдоль пут, пытаясь отыскать то место, где находился предполагаемый «узел», удерживающий плетение, но его не было. Я сидела довольно долго. Почувствовала, как Кайл дернулся и застонал во сне. Жар еще сильнее повысился, руку жгло. Сама не зная, почему, я тихонько запела. Это была даже не песня, а мелодия. Просто мотив без слов. Раньше я никогда его не исполняла, да и вряд ли в трактире это бы кого-то тронуло. А сейчас мотив сам всплыл в голове. Мне его напевала мама. Всегда, когда я болела или просто получала какие-то травмы. Я продолжала скользить по плетению, показалось, что в одном месте оно оплетает тело более слабо. Я осторожно потянула за «веревку», стаскивая ее с левого запястья. Не получилось. Тогда я прихватила несколько соседних кусков плетения и потянула из вместе, продолжая петь. А потом началась игра под названием «распутай клубочек». Стало даже что-то получаться, меня охватил азарт. Какие-то места освобождались довольно легко. С рук и ног плетение уже было снято. А вот дальше пришлось повозиться. Кажется, я все взмокла, но состояние Кайла не позволяло мне устроить передышку. Так, еще чуть-чуть. Почти получилось. Осталось вытащить шею из петли. Есть! Я радостно потянула черный клубок из слипшихся нитей на себя. Лишившись своего «хозяина», они сначала посерели, а потом и вовсе рассыпались в пыль. Я замолчала. И одновременно с этим меня снесло с кровати оглушающей волной чужой магии. Я наспех соорудила вокруг себя щит. Он вышел каким-то слабеньким. Кажется, мой резерв почти пуст. Я видела, как Кайл выгибается на постели, выплескивая из себя накопившуюся за столько лет энергию, и молилась, чтобы он не убил сейчас сам себя. А в душе волной поднималась радость. У меня получилось!!!
От счастливого осознания меня отвлек звук трескающегося стекла. Это вылетали окна. Со стола смело кувшин, и теперь весь пол был залит водой и усыпан осколками. Задрожали стены. А вот это мне уже не нравится! Дворец же полон людей. Давайте кто-нибудь придет и прекратит это безобразие. Пожалуйста. Вообще, я могла бы попробовать выйти отсюда, но оставлять Кайла одного было бы неправильно. Да и сил у меня порядком поубавилось.
Наконец, мои позывы были услышаны, и в распахнутую пинком дверь заскочил какой-то мужчина. Кажется, это был один из главной тройки. И кажется, я забыла, как его зовут. Прискорбно, но я буду мучиться угрызениями совести потом. Если вообще буду. Мужчина стремительно приблизился к кровати, закрыв своей спиной обзор на Кайла. Наверное, он просто не обратил на меня, валяющуюся у стенки, никакого внимания. Я осознала, что пол больше не ходит ходуном, и сняла щит. А еще я запоздало отметила, что наступили вечерние сумерки, и комнату окутал полумрак. Это сколько же я тут просидела? Разом захотелось в туалет, пить и есть. И помыться. Тело отчего-то зудело.
Я двинулась по направлению к Кайлу, но по пути пошатнулась и чуть не упала, пришлось ухватиться за спинку кровати. Старейшина соизволил обратить внимание на посторонние звуки в помещении и выставил меня в коридор, обронив, что с Кайлом теперь все будет в порядке и поинтересовавшись, в состоянии ли я дойти до своей комнаты. Естественно, он получил положительный ответ, так как мне не терпелось сбежать от его пронзительного взгляда.
