— Пудель Славель! У северных ворот! Най… — и тут принцесса полностью стала крысой и в тот же миг Розенда с воспитанницей и новоявленной пленницей скрылись из виду.
Обездвиживающее заклятье в тот же миг спало. Король Филипп прижал к груди жену и младших детей — для него страшнее всего было бы лишиться их. Нехорошо так говорить, но о потери принцессы Валерии король жалел несильно — все же лет прошло немало и отец не помнил почти, что была у него еще одна дочь когда-то.
Для королевы годы прошли те же, но все ж любовь материнская всего сильнее. Несказанно рада была Александра возвращению старшей дочери и столь же несказанно огорчена ее вновь исчезновением.
Принц Антоникус был воспитан матерью на самых светлых идеалах. Как сильно час назад он желал чудесного избавления от нежеланной свадьбы, так же сильно нынче он желал помочь вновь обретенной сестре. Еще час назад он не верил в ее существование — но теперь принц убедился, что Валерия жива и готова помочь им, принеся себя в жертву. И теперь он был готов что угодно сделать, лишь бы вернуть старшей сестре долг. Анна же была воспитана то ли неправильно, то ли недостаточно. Она, конечно, была бы не против, чтоб у ее старшей сестры было все в порядке — но и такое положение дел, как было, юную принцессу вполне устраивало. Главное, чтобы с близкими все в порядке было — а Валерия еще не успела стать настолько близкой, чтобы Анна переживала и за нее.
Антоникус вырвался из объятий короля.
— Отец! Почему ты стоишь? Надо же действовать!
— Антоникус, послушай…
— Нет! — Александра резко вырвалась из объятий мужа, догадавшись, что он может сказать. Резко вскинув руки в запрещающем жесте, королева не позволила королю продолжить, — Молчи, Филипп! Пока ты этого не скажешь, у нас еще будет шанс спасти нашу дочь!
— Но Александра… — король опешил. Обычно его жена была достаточно тихой и молчаливой — пока дело не касалось ее детей.
— Сын! Антоникус! Ты единственный, кто способен сейчас спасти твою сестру! И, — королева положила руки на плечи сыну. Принц расправил плечи. Поддержка матери заставляла его и самого верить в свои силы, — И ты сделаешь это. Ты сможешь. Я точно знаю. Я буду ждать столько, сколько потребуется, чтобы дождаться моих детей.
Принцессе Анне стало стыдно. Она сейчас восхищалась своим братом и готова была последовать за ним хоть в самое пекло.
— Мама! Я пойду с Ант…
Но королева снова сделала запрещающий жест.
— Анна, дочь моя… Я точно знаю, что они вернутся, но ты… ты должна остаться со мной, чтобы моя вера в них не угасла, даже если пройдет много…
— Нет! — неожиданный звонкий мальчишеский крик раздался откуда-то со стороны алтаря.
Из-за неприметной маленькой дверцы сбоку алтаря выбрался мальчишка лет десяти. Он был рыжим и веснушчатым, волосы были растрепаны, а добротная одежда была надета явно излишне торопливо. Лицо мальчика было сильно взволнованным.
— Нет! Послушайте, я…
— Ты кто такой?! — возмутился король, — Как ты попал сюда? И как ты вообще смеешь…
— Ваше Величества, Ваши Высочества, — мальчишка низко поклонился сразу всем членам королевской семьи, — Ради всего, что вам дорого, выслушайте меня!
Король поморщился, но все же кивнул:
— Говори.
— Ваше Высочество, меня зовут Денарис, я сын одной из ваших кухарок.
Антоникус хотел было перебить его, но королева положила сыну на плечо руку, удерживая от этого. Остальные тоже молчали. Мальчишка продолжал говорить:
— Понимаете, я… маг. Ну, то есть еще не совсем маг, я много не умею, я только учусь, но кое в чем меня уже научили разбираться. Я… Ваши Величества! Я позволил себе вольность… Зная, что его высочество изволит жениться сегодня на Дорнии, воспитаннице Розенды, я посмел явиться на эту церемонию… Простите меня, Ваше величество! Поверьте, мною двигали исключительно верноподданнические мотивы…
— Короче говори! — нетерпеливо прервал юного мага принц. Антоникус чувствовал, что этот Денарис хочет сказать что-то весьма важное и срочное, касающееся принцессы Валерии.
— Да, Ваше высочество… В общем, я спрятался в кладовке для свечей за алтарем и я… Я видел, как колдовала Дорния. Я еще много не умею, и не в моих силах было отклонить или изменить ее заклятье — тем более, отменить. Но… Ваше Величество, я смог разобрать заклятье, наложенное на ее высочество принцессу Валерию. Его можно отменить до завтрашнего заката, если тот, с кем она провела последние четыре дня, даст ей понюхать букет из луговых цветов, которые он сам собрал не более, чем за час до того. Если же ее не расколдовать до завтрашнего заката, то в следующий раз это можно будет сделать лишь через десять лет.
Королевская семья молчала. Им нужно было время, чтобы полностью осознать случившееся.
Первым в произошедшем разобрался принц Антоникус.
— Десять лет? Но… Валерию же превратили в крысу… А крысы…
— Столько не живут, — закончила за брата фразу принцесса. — Денарис… То есть если мы не успеем за сутки, то…
