Где-то через полчаса в дверь осторожно постучали и окликнули ее:
– Ау! Вы там случайно не утонули?
– Случайно не утонула! – Наташа распахнула дверь и вышла ему навстречу.
Игорь посторонился, и она с потаенной радостью отметила его несказанное удивление волшебным превращением замурзанной бродяжки в гордую и недоступную даму – пусть весь ее наряд состоял из легкого сарафана и шлепанцев на босу ногу.
Недоуменно приподняв брови, Игорь проводил женщину на кухню и приглашающим жестом показал ей на стол:
– Прошу оказать мне честь и отужинать со мной, миледи! Выбор блюд не богатый, зато экологически чистый!
– И весьма богатый холестерином, а в вашем возрасте, – Наташа, не скрывая злорадства, отметила огонек недовольства, промелькнувший в его глазах, – следует подумать об опасности атеросклероза.
– Матушка, к сожалению, не предупредила, что вы порядочная язва, – с досадой проговорил Игорь, – иначе меня здесь и в помине бы не было!
– Я не язва, – с ангельской улыбкой на лице парировала Наташа, – просто надо же кому-то позаботиться о вашем здоровье!
– Позаботьтесь лучше о себе! – менее доброжелательно ответил ее новый хозяин и пододвинул ей стул. – Вы будете есть, в конце концов, или нет? А то от одного взгляда на вас плакать хочется! Нельзя же доводить себя до изнурения в погоне за хорошей фигурой. Ешьте, пока не остыло! Зря я, что ли, старался?
Наташа старательно пропустила замечания по поводу ее изнуренного вида и тут же со страхом уставилась на порядочный кусок яичницы, шлепнувшийся на ее тарелку.
– Я столько не съем!
– Ничего подобного, съедите как миленькая и еще добавки попросите! – Игорь плеснул в стопки светло-коричневой жидкости. – Это бренди, с ног не валит, а кровь хорошо разгоняет, почти до космической скорости...
– Простите, я не пью!
– Только не надо ломаться! Вспомните незабвенного Папанова: на халяву пьют даже язвенники и трезвенники! – Игорь заметил ее взгляд, задержавшийся на стопке, улыбнулся. – Спаивать вас и тем более лишать невинности я не собираюсь. Воспользоваться вашей невменяемостью я мог уже раз пять, так что не пугайтесь и выпейте за знакомство.
Наташа залпом выпила содержимое стопки и ошалевшими глазами посмотрела на веселившегося от души змея-искусителя. Он тоже выпил и теперь, то и дело поглядывая на нее, принялся за яичницу.
Она тоже взяла в руки вилку и нож и быстро расправилась с содержимым тарелки.
– Ну, так не пойдет! – подчеркнуто расстроенно протянул Игорь. – Мы еще по второй не выпили, а вы уже всю закуску умяли!
Наташа сконфуженно улыбнулась:
– Оказывается, я с самого утра не ела...
– Это еще раз доказывает, что на временно вверенной вам территории события произошли неординарные, и есть повод докопаться до сути, чтобы спасти вас от геенны огненной.
– Похоже, вы большой любитель копаться там, где вас не просят?
– Вы это правильно заметили, – ухмыльнулся Игорь и пристально посмотрел на Наташу, – именно там, где меня не просят. Видите ли, у меня долгий отпуск, особо заняться мне нечем, так что не обессудьте, если я займусь и подобным видом деятельности.
– И долго вы намерены разгребать здесь навозные кучи?
– Два месяца и десять дней. К вашему великому сожалению, как я полагаю? Но, насколько я знаю, ваш отъезд не за горами, и вам не удастся в полной мере насладиться моим обществом.
– Не слишком надейтесь на мой быстрый отъезд. Я намерена хорошо отдохнуть, так что минимум пару недель еще нам придется как-то сосуществовать рядом.
– Что ж, ничего не поделаешь! – вздохнул Игорь и добавил: – Как говорил мой давний знакомый, очень хороший хирург, между прочим, летальный исход возможен, но в достаточно далеком будущем!
Наташа вздрогнула: прошлое опять напомнило о себе знаменитой присказкой Лацкарта.
Игорь тем временем наполнил по второй и подал стопку Наташе. Проследил, как она выпила, и серьезно посмотрел на нее:
– В конце концов, скажите, как вас зовут? Маманя на радостях, что заполучила третью по счету внучку, забыла приоткрыть сию тайну!
Наташа встретилась взглядом с помрачневшими вдруг серыми глазами и тихо произнесла:
– Наталья Константиновна Романова. – Но громы небесные, против ее ожидания, не грянули, небеса не разверзлись, а Игорь, в свою очередь, приподнялся со стула и слегка склонил перед ней голову:
– Егор Александрович Карташов, прошу любить и жаловать.
– Почему Егор?.. – с удивлением начала Наташа и испуганно осеклась.
– Потому что не Мефодий и тем более не Кирилл, – улыбнулся теперь уже не Игорь, а Егор. – Родители так назвали, а у меня не было возможности отказаться. В детстве и молодости меня все чаще Игорем звали. Имена вроде бы разные, но похожие, и тогда оно модным было... Да и сейчас иногда друзья по-прежнему нет-нет да и назовут. Особо близкие друзья, – подчеркнул он и вновь занялся яичницей.
– И любимые женщины? – не удержалась Наташа.
Игорь поднял голову, некоторое время задумчиво смотрел на нее, потом отодвинул тарелку, вытер рот салфеткой и только тогда ответил:
