Дух аякаси не взволновался. Слишком опытен он, чтобы терять самообладание из-за пустяков... а слова, любые слова - лишь пустяк для стойкого умом и телом. Однако первое моё хирватшу всё же уловило некое колебание. Намёк на эмоцию. Мне показалось, что просьба моя не обрадовала Хикару.
Или дело вовсе не в просьбе? Могу ли я в дерзновении счесть, будто знаю причины и связи в уме господина, вызывающие те или иные чувства? В уме благородного воина и опытного аякаси, чьи способности и опыт многократно превышают мои?
Я - отчасти - люай. Пусть не вошедший в полную силу, как и в магии: возраст ещё не тот. И как люай, такой грубой ошибки не совершу...
- Зачем это нужно, - обронил Хикару, - не спрошу. Стремления сердца не всегда подвластны уму, лишь истинно мудрый способен укротить их*. Но я спрошу: почему именно в пору рассветной росы? Разве она сравнится с тугими струями полуденного ливня?
/* - цитата из Священной Дюжины. ГГ, несомненно, опознал её сразу./
Я счёл возможным вздохнуть. Немного напоказ, но с чувством совершенно неподдельным:
- Нет, господин мой. Роса не предназначена для сокрушения преград, её предел - намочить одеяния воина, отяжелив их... и, возможно, склонить тем самым весы победы в сторону его противника. Вот только...
- Смелее. Ты знаешь, что я не караю за искренность. А вот скрытность - не люблю.
- Хорошо, я буду откровенен, - выдержать паузу, ловя реакцию Ловца. Возразит? Пожелает вернуть беседу в русло придворного обмена намёками?
Не возразил и не пожелал. Что ж:
- Многим на Шани-Сю не пришлись по нраву мои успехи. Многим не нравятся те изменения в привычной и размеренной жизни, которой наслаждались бессмертные до моего вмешательства. Я тружусь неустанно, направляя помыслы и дела свои на благо этой земли и всемерное укрепление вашей власти, господин мой. Но многим вашим вассалам видятся за этим скрытые мотивы, далёкие от благовидности. Многим чужие успехи - не повод для умножения своих стараний, но как скрытый упрёк в отсутствии усердия.
- Вот как.
Простая констатация. Иной реакции на мои слова просто нет, Хикару на личном примере и с большим успехом показывает, как надо "укрощать стремления сердца".
- Прошу простить меня, если слова мои кажутся непочтительными или несвоевременными. Не желание обвинить соперников движет мной, но... страх.
Поворот головы, прищуренный взгляд. Лучше всяких слов выражают они удивление. Словно собеседник никак не может поверить своим ушам: "Страх? Тобой?"
- Да. Не опалы боюсь я и не гибели - но единственно того, что потеряю время и возможность совершить свою месть из-за чужих интриг.
Ловец молчит. Вздыхаю... и добавляю итоги своих болезненно однозначных расчётов:
- Если бы мог я спокойно развиваться как маг ещё десять лет - я бы с радостью ухватился за эту возможность. И обрёл в итоге
Господин молчит, контролируя дыхание и сердцебиение, разум и чувства...
Контролируя всё.
- Я понял тебя, - как итог молчаливых раздумий. - Ступай в свои покои, этим вечером я сообщу своё решение.
* * *
И я пошёл, куда сказано. Уединился, обдумывая итоги.
Но чем дольше думал, прокручивая недавние события в Глубинах Памяти, тем меньше мне они нравились... причём больше всего недовольства вызывало моё собственное поведение!
Цветение... намёк на избыточность? Указание, что в своём усердии я перешёл черту, за которой "аромат" радует обоняние, а не вызывает головную боль? Но если ответ - да...
"Не для того, чтобы посидеть немного, совместно любуясь цветением".
Хикару знал заранее, о чём я буду просить? Вполне вероятно. Догадываться мог точно: опыта у него вдосталь.
С учётом этого обстоятельства выбор именно того хокку, про недвижимую в ожидании бури листву, втройне мрачен. Метафора проста, почти однозначна: листва - подданные, ветви - их связь с корнями, с почвой... властью. И - буря, скорая буря.
Опасно было бы счесть, будто речь идёт лишь о погоде!
