В отличие от него, Брокау, Казнец и Нойберт вышли из комнаты и в сильном возбуждении направились к ожидавшей их машине. Другие журналисты, видевшие, как они выходят из комнаты после общения с Шабовски, прокричали им: «Это правда?» Практически на бегу, стараясь не отстать от продюсеров, Брокау торопливо бросил через плечо: «Это правда, Стене конец». Комментарии Брокау имели особый вес, ведь тем вечером он единственный получил шанс добиться наедине разъяснений от Шабовски. Его слова придали уверенности другим репортерам, немедленно связавшимся со своими редакторами и телекомпаниями.
Вскоре Брокау и его продюсеры нашли своего водителя и, воспользовавшись телефоном в машине, позвонили в Нью-Йорк. Телесеть решила, что Брокау расскажет самые свежие новости по телефону, ведь до программы Nightly News оставалось еще около пяти часов. Казнец стоял снаружи машины и следил за тем, чтобы никто не помешал Брокау, который по телефону в прямом эфире NBC давал краткое резюме пресс-конференции. Применявшиеся тогда технологии не позволяли одновременно показывать еще и живую картинку. Для этого требовалось «окно связи со спутником» – забронированное время для использования спутника, но его нужно было вносить в расписание заранее. NBC зарезервировала окно для потенциального прямого репортажа из Западного Берлина в программе Nightly News, однако она должна была начаться только в 00:30 по берлинскому времени, или в 18:30 по североамериканскому восточному времени.
Чтобы вести репортаж из Западного Берлина в том месте, где Стена проходила непосредственно перед Бранденбургскими воротами, NBC получила все необходимые для работы в городе разрешения. Глава отдела зарубежных новостей NBC Джерри Лампрехт проинструктировал членов команды Nightly News получить допуск и как следует подготовить площадку. За процесс отвечала Мэрилин Гелефски, и к вечеру 9 ноября платформа размером шесть на шесть метров была уже готова. Предвидя, что эфир придется вести глубокой ночью, они установили мощные прожекторы, известные среди профессионалов как HMI. Лампрехт и Гелефски даже заказали подъемник, чтобы телеоператоры, если потребуется, могли снимать происходящее по другую сторону Стены за спиной Брокау. В их распоряжении имелись и небольшие трейлеры с оборудованием для монтажа видеосюжета на месте.
Их площадка оказалась настолько идеально подготовленной, что любители теорий заговора позже предполагали, будто NBC наверняка заранее получила инсайдерскую информацию о скором падении Стены, – но все сотрудники NBC, присутствовавшие там в ту ночь, это отрицают. Просто все оборудование программы Nightly News находилось в состоянии готовности; на момент начала пресс-конференции Шабовски окончательное решение о прямом эфире из Западного Берлина еще не было принято. Чуть раньше в тот же день Брокау даже извинился перед Гелефски, сказав, что вся ее напряженная работа наверняка окажется напрасной, поскольку давать прямой эфир от Берлинской стены в Nightly News не будет никакого смысла. Он жаловался Шерил Гоулд – старшему продюсеру, которая координировала передачу из аппаратной NBC в Нью-Йорке, – что «мы проделали такой путь, а здесь ничего особенного не происходит».
Однако после интервью с Шабовски Брокау и вся съемочная группа поняли, что окно связи со спутником и их площадка вдруг стали бесценными. Их телесеть единственной из всех мировых СМИ так тщательно подготовилась к съемке, да еще и заняла место напротив впечатляющей достопримечательности. Теперь они наверняка должны были получить добро на живой репортаж для Nightly News. Команда Брокау вернулась из Восточного Берлина через Чекпойнт Чарли к своей площадке у Стены рядом с Бранденбургскими воротами. Наблюдая за съемочной группой с восточной стороны Стены, агенты Штази зафиксировали, что прожекторы NBC включились в 19:50 – началась подготовка к эфиру.
Оставалась одна серьезная проблема: пока что не было видно, чтобы восточные немцы проходили или перелезали через Стену. Казнец вспоминал, как из-за этого у него «сводило желудок». Брокау уже объявил в эфире NBC, что передвижение через Стену откроется, и поэтому телесеть приняла решение вести прямую трансляцию из Западного Берлина. В этой трансляции им явно требовалось показать, как люди переходят на другую сторону Стены, и именно Казнец отвечал за то, чтобы работавшие под его началом телеоператоры нашли такие кадры и передали их в Нью-Йорк. Время шло, и Уитли – исполнительный продюсер программы – то и дело спрашивал: «Когда же у нас будет картинка?» Отвечая, что «все будет», Казнец пытался понять, что же ему делать.
