Мисс Эппл, опираясь на трость и сжав зубы, будто фельдмаршал, направляющийся в гущу сражения, первой ступила на лестницу чёрного хода. Остальные последовали за ней, перешёптываясь и обмениваясь брезгливыми взглядами.
– …ей говорила, что мы с этой ещё наплачемся. А если бы пострадал кто-то из детей?..
– …Я и подумать не мог, что она настолько неуравновешенна, – сокрушался побледневший мистер Бодкин. – Несчастное дитя, она же совершенно не в себе, ну совершенно…
Только мисс Лавендер выглядела чем-то довольной, доктор же с крайне озабоченным видом хрустел пальцами и казался погружённым в себя.
Когда он свернул к медицинскому кабинету, Сент-Леонардс снова огласили вопли Энни. Теперь в них слышалась не ярость, а предсмертный ужас, и все ускорили шаг, наступая друг другу на пятки.
– Живо запритесь в классной комнате и не выходите оттуда! – перегнувшись через перила, крикнула мисс Данбар детям, столпившимся в коридоре второго этажа. – Кейти, Сьюзен, Дебора – вы за старших! И кто-нибудь видел мисс Гриммет?
– Тут я, милочка, тут! – запыхавшаяся мисс Гриммет опередила Оливию, оттеснив её к перилам, а когда раздался новый мучительный вопль, вздрогнула: – Да что ж она так голосит-то? Ну как грешники в аду, честное слово.
Энни обнаружили в коридоре.
Обхватив себя руками, девушка рыдала от страха и омерзения, била ладонями по подолу платья, стряхивала с волос что-то невидимое и вновь истошно завизжала, оглушив всех на пару секунд, когда через порог её комнаты перебрался довольно крупный представитель семейства арахнид и пополз в её сторону.
Увидев Оливию, она кинулась к ней и прижалась так же тесно, как недавно Энди. Уткнув заплаканное лицо ей в шею, Энни молила, задыхаясь и всхлипывая:
– Убейте их, умоляю, убейте!… Они там… Они везде… Они ползут ко мне, я знаю!
Мисс Данбар вошла в комнату Энни и сообщила презрительно:
– Всего-то парочка пауков. Было бы из-за чего так вопить.
Мисс Эппл, решившая держаться в стороне, чтобы не вызвать у Энни новый припадок, послала Оливии красноречивый взгляд. Подоспел и доктор. В руках он держал флакон тёмного стекла и синюю чашку, в которой мисс Данбар с неодобрением узнала свою любимую.
– Энни, тебе нужно отдохнуть, – Оливия неосознанно скопировала мягкую строгость директрисы. – Не годится так себя изводить. Давай-ка я уложу тебя и побуду с тобой, пока ты не уснёшь. А когда проснёшься, мы обсудим твой портрет, хочешь?
– Правда? А вы не обманете? – Энни, всхлипнув, улыбнулась сквозь слёзы, но, посмотрев на свою комнату, снова забилась в её руках, и, приблизив к ней воспалённое, покрасневшее лицо, умоляюще зашептала: – Пожалуйста, пожалуйста, только не запирайте меня там, только не там, умоляю, только не там!
– Давайте уложим её в гостиной, – предложила младшая гувернантка. – Там тихо и свежо. Устроим её на диванчике. А комитетских примете у себя в кабинете, – обернулась она к мисс Эппл, – во время обеда мы там всё уберём и принесём новые стулья.
– Благодарю, мисс Гриммет, – директриса согласно кивнула. – Именно так мы и поступим. Мисс Адамсон, ну что вы опять стоите столбом? – прошипела она. – Вниз! Ведите её вниз!
Убедившись, что никто не собирается запирать её в одной комнате с пауками, Энни окончательно размякла. Последняя вспышка истощила её силы, и она продолжала цепко сжимать ладонь Оливии, точно находилась в стане врагов и нашла единственного союзника, и уложить себя на диван позволила только ей. Хлорал, разведённый в чашке воды, она согласилась принять лишь из её рук, отпихнув и доктора, и мисс Эппл, и усеяв влажными пятнами измятое платье.
Лекарство подействовало быстро, и, когда Энни, свернувшись калачиком, наконец, затихла, все вздохнули с облегчением.
– Уснула, – подтвердил доктор, измерив её пульс. – И лучше её не беспокоить до утра. Ну, кому ещё успокоительного? – попытался он пошутить, но то ли засмеялась, то ли всхлипнула только мисс Гриммет.
Похлопав себя по рыхлым щекам, чтобы взбодриться, она предложила:
– Может, развернуть достопочтенных восвояси? Сказать им, что в приюте скарлатина, а, мисс Эппл?
– Ещё чего. Не болтайте чепухи, мисс Гриммет, – устало воспротивилась директриса. – Я не позволю ни Энни, ни кому-либо другому лишить Сент-Леонардс шанса на спасение. Мы справимся, вот увидите. Иного выхода у нас нет.
До визита членов комитета оставалось не более четверти часа.
Только величайшим самообладанием мисс Эппл и её соратников можно было объяснить тот факт, что попечителей Сент-Леонардса встретили в приюте как подобает. Краткий промежуток времени, что оставался до их визита, был использован настолько эффективно, насколько это вообще было возможно, и походил на слаженную операцию под предводительством главнокомандующего.
