Когда три девушки шли по пыльной дороге к дому на речном берегу, Рода рассказала о мистере Коатене и его друге, по-прежнему остававшимися в Ривервью.
- Они взяли номер в Riverview Hotel, - сообщила она Луизе и Пенни. - Возможно, я слишком подозрительна, но я им не доверяю. Я не воспринимаю мистера Коатена как своего приемного отца.
- Он женат? - быстро спросила Луиза.
- Его жена осталась в Далласе. У Коатенов двое детей. Я не понимаю, почему они хотят усыновить еще двоих - у которых совсем ничего нет.
- И как вы намерены поступить? - спросила Луиза.
- Не знаю. Мы с Тедом не приняли никакого решения. Он согласен на усыновление, я - нет.
- Думаю, ты поступаешь осмотрительно, и мой тебе совет, стой на своем, - сказала Пенни. - Брины проявили доброту, взяв вас, когда у вас никого не осталось, так почему бы вам не остаться с ними?
- Есть проблема, - призналась Рода. - Вы же знаете, у них нет денег, а мистер Коатен пообещал дать им сто долларов, если они не будут против нашего усыновления.
- То есть, он их подкупает? - сказала Пенни.
- В общем, да. Но почему мистер Коатен так заинтересован в усыновлении меня и Теда? Мы же будем для него обузой в смысле финансов.
Проблема казалась настолько сложной, что ни Пенни, ни Луиза не могли предложить хоть сколько-нибудь убедительного объяснения. Учитывая то, что рассказала им Рода, мистер Коатен руководствовался исключительно добрыми намерениями. Тем не менее, казалось странным, что он, если и в самом деле был старым другом семьи, не интересовался детьми сразу после смерти мистера Виганда.
Идя по тропе вдоль реки, девушки вскоре подошли к дому Трумэна Крокера. Это было длинное одноэтажное здание, служившее одновременно жилым помещением и мастерской. Дверь его была приоткрыта, можно было увидеть камнереза, обрабатывающего гранитный блок.
- Добрый вечер, - громко произнесла Пенни, стараясь, чтобы ее услышали.
Каменщик вздрогнул и выключил свой инструмент.
- Вы напугали меня до полусмерти, - улыбнулся он. - Чем могу быть вам полезен?
- Ничем, - ответила Пенни, с интересом оглядывая захламленную мастерскую. - Мы просто прогуливались и решили на несколько минут заглянуть к вам.
Ее внимание привлек большой камень, накрытый влажной мешковиной, и она пересекла комнату, чтобы взглянуть на него. На мешковину были насыпаны железные опилки, и она знала, что это сделано с определенной целью.
- Это для чего? - полюбопытствовала она.
- О, я меняю цвет камня, - ответил мистер Крокер. - Пожалуйста, не трогайте мешковину.
- А что вы сделаете с ним потом, после того, как закончите? - спросила Луиза и, пройдя по комнате, остановилась рядом с Пенни.
- Я его продам, - коротко ответил мистер Крокер. - Извините, у меня много работы, и я хотел бы к ней вернуться.
- О, мы вовсе не хотели вас отвлекать, - извинилась Пенни. - На самом деле, мы пришли сюда, чтобы спросить вас о том камне, который вы вытащили для Джея Франклина. Как вы думаете, надпись на нем - подлинная?
- Разумеется. Любой, кто понимает толк в камнях, сразу увидит, что он много лет пролежал в земле.
- Возраст камня никак нельзя подделать?
- Зачем? - нахмурившись, спросил мистер Крокер. - Чего вы хотите узнать?
- Мой отец, издатель Star, полагает, что кто-то мог изготовить мистификацию.
- Что? - спросил мистер Крокер, не поняв сказанного ею слова.
- Подделку. Он полагает, что какой-то умный человек подделал надписи на двух камнях.
- По крайней мере, я не имею к этому никакого отношения, - заявил Трумэн Крокер неприветливым тоном. - Я вытащил камень для Джея Франклина, и это все, что мне о нем известно. А теперь уходите, и оставьте меня в покое.
- Можете считать, что нас здесь и не было, - рассмеялась Пенни, направляясь к двери. - Спасибо за прекрасное разъяснение.
- Что?
- Ничего, вы все равно не поймете, - ответила Пенни. - До свидания.
Удалившись от дома на приличное расстояние, девушки обменялись мнениями по поводу манер старого камнереза.
- Он повел себя так, будто мы подозреваем его, - заявила Луиза. - И не счел нужным притворяться.
- Мне и в голову не приходило, что в том случае, если камень является подделкой, Крокер имеет к этому какое-то отношение, - сказала Пенни. - Но теперь, чем больше я об этом думаю, тем больше сомневаюсь: он ведь самый подходящий человек, чтобы высечь фальшивую надпись.
- Он слишком глуп, - не согласилась Луиза. - Я очень сомневаюсь, чтобы он окончил восемь классов. Вероятно, он понятия не имеет, как писали во времена Елизаветы.
- Это правда, - признала Пенни. - Но, может быть, кто-нибудь его нанял? Если бы ему показали, что именно следует вырезать на камне, он прекрасно бы с этим справился. Он способен выполнить эту работу лучше чем кто бы то ни было.
- Ах, Пенни, ты безнадежна! - рассмеялась Луиза. - Как только тебе кто-то нагрубил, ты немедленно начинаешь подозревать его в каком-нибудь преступлении!
- Я ни в чем Трумэна Крокера не обвиняю, во всяком случае, пока. Но оба камня были найдены поблизости от его дома. Отсюда до фермы Глисона не более трех четвертей мили.