Мадлин показалось, что им пришлось ждать очень долго, прежде чем вновь послышались звуки шагов, на сей раз еще более торопливых и разъяренных. Похоже, Карбункул узнал весьма плохие для себя новости и был готов расправиться с ними на месте. Он влетел в лабораторию с ошалело выпученными глазами и, не замечая ничего вокруг себя, со всех ног бросился к главному компьютеру. Лихорадочно застучали пальцы по кнопкам, ругательство сыпалось за ругательством, Карбункул все больше приходил в ярость от того, с чем никак не мог справиться и что приводило его в такое бешенство. Наконец, он с грохотом отшвырнул одну из клавиатур в стену, от чего она с сухим треском раскололась на части, и ее обломки рассыпались бессмысленным веером по бетонному полу.
Доктор схватил лазерный пистолет и змеей двинулся в сторону их ниши. Ну вот и все. Кажется, передышка была небольшой, и смерть все равно их настигнет.
Мадлин и Мейс неосознанно спрятались в самом дальнем углу за стойками с контейнерами, хоть и понимали, что это им не поможет. И правда, в следующее же мгновение вся комната озарилась вспышкой света, и с ужасающим шипением и скрежетом стойки оплавились от прошившего их луча одна за другой, наполняя воздух удушливым и тошнотворным запахом горелого пластика. Они успели лишь отскочить в сторону, чтобы не быть погребенными под оседающей массой искореженных контейнеров.
— Где этот ублюдок? — взревел Карбункул. — Почему он вообще до сих пор жив? Я приказал вытрясти из него информацию и уничтожить! Почему вместо его трупа я вижу следы его присутствия здесь? Я так и знал, что ты, гадкое марсианское отребье, ослушаешься моих приказов! Плохо я тебя проучил, прежде чем выпустить на Марс!
Лишенные укрытия, они теперь были на виду у доктора, который стоял по ту сторону световых нитей и потрясал пистолетом, явно готовый вновь нажать на курок. Ему вряд ли нужны были ответы, и уж точно он не собирался вести какие-либо диалоги. Его не заполучивший желанного триумфа мозг жаждал лишь мести. Поэтому все, что мог сделать Мейс, это с силой задвинуть Мадлин себе за спину. Судя по напрягшейся ладони, он прикидывал в уме, способна ли была огненная завеса справиться с зажатым в руке кинжалом, или он все же мог долететь до своей цели и вонзиться в ничем не прикрытое худощавое тело.
Однако в этот момент лабораторию вновь осветила яркая вспышка, и под озлобленный скрипящий вскрик Карбункула его оплавленный пистолет выпал с грохотом из руки. Он отпрянул и обернулся на источник внезапной опасности, безоружный и оскаленный.
— Ты искал меня. Вот он я, — прозвучал тихий бархатистый голос с теперь такими явственными стальными нотками, и Мадлин невольно сделала шаг вперед, стремясь увидеть родную рыжую фигуру.
Огненные нити немного искажали пространство, но она ясно различила стоящего у входа Тротла, который бросил в ее сторону короткий и напрягшийся взгляд и снова повернулся к врагу. Он застыл в непоколебимой позе, расставив ноги для упора, и открыто смотрел сквозь темные очки на озлобленного доктора. Налитые буро-черной кровью антенны пылали собранной энергией, длинный хвост мерно рассекал за спиной иссушенный воздух лаборатории. И лишь руки были опущены вниз, не в состоянии удержать на весу оружие, которое с трудом, но решительно сжимали длинные пальцы.
— Ты! — прошипел Карбункул, щуря глаза навыкате. — Ты давно должен был сдохнуть! Еще тогда, на Плутарке! В моей гениальной лаборатории! Или хотя бы в Чикаго! А ты все еще жив и порушил мой эпохальный план!
— Да, я жив, — твердо ответил Тротл, — и пока я дышу, тебе не место на моей родной планете. И нигде, куда ты приходишь со своими отвратительными планами. Твоего босса мы предали суду. Теперь я пришел за тобой.
Карбункул недобро пригнулся, словно готовился к прыжку, и расплылся в хищной улыбке, обнажая желтые зубы.
— Ты сильно торопишься, марсианский недоносок! — прошипел он, покачивая своей большой головой. — Тронешь меня, умрут и твои дружки. Или ты готов ими пожертвовать? Какова твоя цена? Две жизни за мнимую справедливость?
И он скрипуче расхохотался.
Однако Тротл без разговоров решительно шагнул к нему и, преодолев разделяющее их расстояние, в мгновение ока придавил его тщедушное тело к стене лаборатории согнутой в локте рукой. Даже это движение далось ему с трудом, и из его груди вместе со словами вырвался несдержанный рык.
— Я не измеряю справедливость чужими жизнями. И на этот раз шансов у тебя нет.
— Еще как есть, — прохрипел сдавленный Карбункул. — В моих руках и они, и ты, жалкий поганец!
Тротл никак не отреагировал на его слова и отступил на шаг, позволяя доктору вздохнуть.
— Выключай, — холодно кивнул он в сторону световых нитей, что перекрывали выход из ниши. — Потому что если это сделаю я, то приговор тебе будет еще жестче.
Карбункул недобро усмехнулся и медленно указал костлявой рукой в сторону.
— С превеликим удовольствием, — прошипел он. — Только кнопочка вон там.
