Нина в растерянности глянула на Кристиано. Он не отводил взгляда от стражника. Тот, подойдя, остановился, окинул путников тяжелым взглядом.
Нина, поняв, что Кристиано скифских языков не знает, почтительно обратилась к воину сама с приветствием. Охранник сперва прищурился, поморщился. Но Нину это не смутило.
– Подскажи, уважаемый, где нам лучшего мастера найти, который с севера ножи и мечи привозит? Вот купец товар ищет и тебя наградит за помощь.
Охранник помолчал, разглядывая Нину. Она в смущении склонила голову. Видать, что-то не так сказала. И правда, на славянском нечасто ей говорить приходилось – может, и ошиблась в чем.
Детина махнул рукой, подбежал отрок, тоже вооруженный. Оба тихо переговорили. Нина разобрала только слова «греки» и «Царьград». Парень с любопытством рассматривал путников. Поклонился охраннику, повернулся к Кристиано и кивнул:
– Пойдем, господин. Я тебя провожу к торговому человеку, у которого можно купить оружие. – На Нину он едва взглянул. – Тебе какой нож надобен?
Кристиано посмотрел на Нину, пожал плечами.
Она ответила за него:
– Это мы уже торговому человеку и расскажем. Ты скажи мне, давно ли живешь тут?
– Да какое давно! Я первый раз приплыл. Меня отец раньше не брал. А я на ладью пробрался да за мешками спрятался. Он, когда узнал, то дюже рассердился. – Парень непроизвольно потер чуть ниже спины. – Да только без толку я отца ослушался. Нам уж отплывать скоро, а я еще в Царьграде и не побывал даже. А там, бают, истуканы каменные диковинные есть, золотые звери по улицам ходят, да палаты все сплошь каменные и золотом покрытые. Правда ли? Хоть одним глазком бы взглянуть!
Беседуя с мальчиком, они добрались до небольшой площади, обрамленной лавочками. Пахнуло перекисшими яблоками и медом – видать, кто-то сбраживал напитки. На улице никого не было. Немудрено – самая жара сейчас, вот все и попрятались от солнышка. Нина вытерла лоб краем мафория.
В одну из лавочек парень сунул голову, что-то спросил. Оттуда неспешно вышел крепкий широкоплечий хозяин. Проведя ладонью по бороде, заплетенной косицами, он оглядел пришлых, поклонился. Заговорил с ними на греческом, приглашая войти.
Кристиано шагнул в темное помещение, Нина вошла следом. Пока спутник ее рассматривал оружие, беседовал с хозяином об удобстве разных кинжалов и коротких мечей, Нина оглядывалась. На виду ножей, похожих на тот, что Евдокия описала, не было.
Влезать в беседу она побоялась. Кристиано, поди, сам разберется, как про нож вызнать. Нина двинулась к двери. Стало интересно, что еще за лавочки здесь есть.
Солнце ослепило ее после полумрака, и она налетела на мужчину, что собрался войти в ту же дверь. Да так налетела, что едва не упала. Тот едва успел подхватить ее за локоть, не дав с позором шлепнуться на зад. А у Нины перехватило дыхание – сперва от неожиданности, а потом от запаха знакомого, такого родного! От Анастаса так же пахло – смесью трав, маслами, дымом от очага.
Она на незнакомца взгляд подняла, не видя ничего из-за слез, вмиг застивших глаза. Он отпустил ее руку, уставился с удивлением на Нину. Не привык, видать, чтобы почтенная женщина, едва его увидев, слезы роняла. И понял по-своему:
– Прости меня, девица, коли я тебе больно локоть сжал. Не держи зла – поддержать хотел, чтобы не упала ты. – Он полез в висящий на поясе широкий холщовый кошель. – Давай-ка посмотрю, да вот этим жиром с травами смажу – все и пройдет скорехонько.
Нина же слова вымолвить не могла, пыталась остановить слезы. Незнакомец бережно взял ее за руку, проводил к стоявшей в углу скамье. Нина осторожно присела, вглядываясь в его лицо. Волосы русые, с сильной проседью, недлинная борода тоже с сединой, но лицом не стар. Чудно. Улыбается, на нее глядит ласково. Речь его она поняла, ответила тоже на славянском:
– Не вини себя, добрый человек. Я едва не упала, ты мне помог. Спасибо. Ты скажи мне, не лекарь ли будешь? И травами от тебя пахнет, и снадобье при тебе.
– Знахарь я. Лисияром меня люди кличут. А ты, по одеже сужу, из Царьграда сюда пришла? А нашему языку где выучилась?
– Нянюшка меня научила. Я позабыла уже много. Хотя муж мой в ваши края часто за травами путешествовал.
– Это ты с мужем сюда пришла? – Лисияр глянул на латинянскую одежду Кристиано.
– Нет, это… – Нина запнулась, не зная, как объяснить.
Лисияр лицом поменялся, как будто солнышко за тучу зашло. Видать, подумал, что она с полюбовником пришла.
Нина, вздохнув, продолжила:
– Я сюда за травами хотела идти, а этот купец – оружие купить скифское. Я и попросила его меня сопроводить. Одной-то женщине боязно, кто-то обидит, кто-то осудит. Вот и ты, вижу, дурное про меня уже подумал.
Лисияр усмехнулся, присел на стоящую рядом бочку.
– Подумал. Мало ли, какие глупые мысли человеку в голову-то лезут? Отчего же муж тебя не проводил?
– Муж мой умер, вдова я. Ни батюшки, ни родственников нет. Вот и приходится нанимать провожатых, – вздохнула Нина.
Лисияр покивал, улыбнулся опять.
– Что за травы-то тебе нужны? Занедужила?
