— Ты знаешь, я… — Суна ойкнула. Очередной комар впился ей в руку. Девушка резко смахнула его, повернулась влево и истошно завизжала. Вдоль стены дома, оставаясь в тени, пригнувшись, осторожно крались трое, с обнаженными мечами. Мориан и Суна, стоявшие перпендикулярно дому, были так увлечены разговором, что ничего не увидели и не услышали.
Эльф дернулся, закинул руку за спину и вспомнил, что оставил меч на постоялом дворе. Краущиеся, поняв, что их наконец-то засекли, выпрямились и ускорили шаг. Суна узнала в них двух из сельтенов из-за соседнего столика. Третьим был незнакомый ей дьеши.
— Беги прочь, — бросил эльф.
Амарисуна затравленно огляделась, ища хоть что-нибудь, что сошло бы за оружие. Мысли путались в голове, руки стали ватными, а сердце — провалилось вниз к ногам.
"Я сплю, я сплю, я сплю… Хоть бы палку какую! Нет, это сон я сплю!".
— Беги, дура! — рявкнул Мориан.
Эльфийка развернулась и припустила в сторону леса, в надежде найти там какую-нибудь увесистую корягу, которой было бы удобно бить по голове. В спину ударил шум в одночасье начавшейся драки — хотя какая может быть драка, если эльф безоружен?!
До первых деревьев оставалось добежать несколько шагов, как кто-то сбил ее с ног, схватил одной рукой за волосы, второй за горло и слегка сдавил, чтобы не сопротивлялась. Суна уткнулась носом в землю и дернула подбородком, стараясь приподнять голову. В поле зрения появились заляпанные дорожной грязью сапоги. Их владелец рывком поднял эльфийку за шкирку — оказалось, дьеши. Второй, сельтен, обнаружился за спиной.
— Что за…
— Резкий удар поддых заставил Целительницу согнуться пополам. В глазах потемнело, и эльфийка подумала, что сейчас потеряет сознание. Обошлось — хотя кислый привкус во рту никуда не делся
Сельтен, заломил ей правую руку за спину, заставив упасть на колени.
— Больно! — вырвалось у Амарисуны.
— Еще больнее будет, — пообещал дьеши, поднимая сунину голову за подбородок. От рукава его одежды ощутимо подванивало собакой.
— Ты и тот придурок, кто сказал вам про Силель?
— Подслушивали, значит? Так я и знала! — выпалила эльфийка. В тот же миг заломленную руку пронзила невыносимая боль.
— Я тебе сейчас руку оторву и сожру на ужин, если будешь выламываться! — прорычал стоящий за спиной сельтен, отвешивая девушке подзатыльник.
— Да не знаю я, приснилось мне! — взвизгнула испуганно Амарисуна, смаргивая выступившие на глазах слезы.
— Отрежь-ка ей ухо, — кинул стоящий перед девушкой дьеши сельтену нож.
Руку отпустили, и она, укачиваемая болью, повисла вдоль тела. Зажмурившуюся девушку схватили за левое ухо, и Суна почувствовала холод лезвия у своей кожи.
— Покалечат и снасильничают, — шепнул голос в голове.
— Ну, так что? — прорычал дьеши.
Суна поняла, что не может прекратить плакать, не может говорить, не может вообще ничего.
— Режь помедленне, — попросил дьеши. Нож надавил на ухо.
— Пора кричать, — резюмировал голос вкрадчиво.
Пол мига.
Ужас и ненависть, зародившаяся где-то внизу живота.
Пол мига.
— Мамочка-а-а-а! — заорала Амарисуна так, что у самой заложило уши.
Вдоль хребта словно прошлись огнем. Пружина внутри зазвенела и распрямилась, высвобождая отчаяние, ненависть и обиду. В глазах потемнело, кровь с удвоенной скоростью побежала по жилам. Страха не осталось, осталось чувство, будто Суна больше неба, больше всех земель, выше самого высокого дома. Это было ново, упоительно и головокружительно захватывающе.
— Достаточно.
Суну будто окатили холодной водой. Целительница вздрогнула, открыла глаза и испуганно вскочила. Дьеши, что стоял перед ней, теперь лежал на спине, широко раскинув руки. Его пальцы скрючились, а рот — оскалился в крике. Закатившиеся глаза смотрели в подсвеченное луной небо. Эльфийка медленно повернула голову. Сельтен лежал в нескольких шагах позади — скрючившийся и неподвижный Суна медленно, чувствуя, как дрожат ноги подошла ближе. Осторожно пошевелила правой рукой — та неохотно подчинилась. На поясе у дьеши висел короткий меч, Амарисуна аккуратно вытащила его из ножен и уставилась на клинок.
Холодно, очень холодно.
Мориан.
Суна вздрогнула.
— Мориан!
Девушка увидела бегущую к ней фигуру и рванулась навстречу.
— Амарисуна!
Суна остановилась и моргнула. Эльф поравнялся с ней, встряхнул за плечи и вроде бы даже что-то спросил.
Амарисуна снова моргнула.
Мориан заглянул ей в глаза и отпустил плечи.
— Ты в порядке, спасибо матери-земле!
Эльф перевел взгляд на фигуры позади нее и вздрогнул.
— Я знаю, что такое для Целительницы взять кровь на свои руки, — помолчав, наконец, произнес он. — Я сочувствую тебе.
Эльфийка посмотрела на меч в руке и бросила его на траву.
— Они тебя не тронули? — Мориан с трудом оторвал взгляд от фигур и перевел его на Суну.
— Я… не помню, — еле шевеля языком ответила Амарисуна.
Эльф коснулся пальцами ее волос. Взгляд его был очень встревожен.
— Ты… что ты сделала?
— Я… я закричала. А потом они умерли.
— От крика?! — сорвался на нервный смешок эльф.
Как это получилось? Я…
Целительница опустилась на колени и горько зарыдала. Мориан растерянно огляделся.
— Амарисуна…
Плач перешел в нервные всхлипывания.
— Суна…
