– А как иначе, Череп? – Колыма поднял голову и посмотрел корешу в глаза. – Нэхату же нам помогает. Нехорошо его не отблагодарить.
– Этого нам еще не хватало! Колян, но ты же умный человек, понимать должен – нельзя нам сейчас с этим связываться! Запалимся к хренам собачьим!
– Я уже обещал Нэхату помощь. И обещания своего не нарушу. Но ты – как хочешь. Можешь без меня в Хабаровск ехать.
Череп тяжело вздохнул. Он и рад был бы уехать один, оставив Колыму самого разбираться со старателями и якутами, но не знал этих мест. В отличие от Колымы, местного уроженца, Череп попал на колымскую зону с материка, из европейской части России, и ориентировался на Севере очень плохо. Тот же Хабаровск взять – у него там никаких корешей нет. Что он там один делать будет? В гостиницу даже с чистым паспортом особенно не сунешься – в любой из них у ментов наверняка стукачи есть, а он сейчас в розыске числится. На материк так легко тоже не прорваться – в аэропортах и на вокзалах контроль нехилый. Есть шансы, если внешность изменить, но чтобы это сделать, нужны знающие люди, а на них без Колымы не выйдешь. Выходит, придется пока с ним здесь оставаться.
– Эх, фортуна, мать ее за ногу! Ладно, Колян, останусь с тобой. Скажи только, как ты этим якутам помогать-то собираешься?! Что тут вообще сделать можно?
– Увидишь, – зловеще обронил Колыма.
По неширокой таежной просеке катил вездеход. Вид транспорта на Севере самый популярный, но этот вездеход все же отличался от большинства себе подобных, разъезжающих по тайге – на его борту белой краской был написан номер. Это значило, что вездеход не гражданский и не списанный, а числящийся за какой-то из силовых структур. Но что делать вездеходу силовиков в глухой тайге, в добрых двухстах километрах от Магадана? Беглых зэков так не ловят.
Этот вопрос мог бы поставить в тупик кого угодно, но не местного жителя. Любой житель Колымского края сразу же все понял бы – не иначе господа силовики собрались на охоту. Делом это было совершенно обычным – в эти места частенько наведывались и военные, и менты, и прокурорские работники, и эмчеэсники – в общем, все, кому не лень, вплоть до пожарных. А почему бы и нет? Дичи много, охотинспекторов мало, да и не станут они к господам силовикам приставать, они люди деликатные, разницу между браконьером и решившим немножко отдохнуть от трудов праведных офицером понимают. Машина казенная, горючка тоже, шофер – непосредственный подчиненный. Начальство ничего не узнает, а если и узнает, сильно не вздрючит – такого рода поездки уже давно стали традицией.
Впрочем, ехавшим на вездеходе магаданским ментам гнева начальства можно было не опасаться даже без ссылок на традиции. Поездка эта начальством была санкционирована, и даже более того, рекомендована. Дело в том, что на этот раз магаданские менты собрались на охоту не столько ради собственного удовольствия, сколько для того, чтобы ублажить высокого московского гостя, Андрея Михайловича Захаровича, прозрачно намекнувшего в одном из высоких кабинетов, что засиделся он в городе и хочет маленько проветриться и поохотиться, а то стыдно прямо будет в Москву возвращаться – в таких местах был, а на охоту не съездил.
Магаданские шишки отреагировали оперативно – тем более что москвич мимоходом заметил, что собирается писать рапорт в столицу о том, что никаких серьезных нарушений в ходе проверки он не обнаружил. Как было после такого не организовать дорогому гостю культурный отдых? Начальство отдало распоряжение устроить Захаровичу недельный загул с охотой и пьянством и выделило необходимые средства – на такого рода мероприятия деньги всегда находились. А на то, что москвич, когда ему предложили выбирать место охоты, упорно настаивал на районе речки Ини, никто особого внимания не обратил. В самом деле – почему бы и нет? На Ине охота ничем не хуже, чем в других местах.
Вездеход подпрыгнул на каком-то пригорке. Захарович чуть поморщился. Да, лучше было бы, конечно, на вертолете долететь. И быстрее, и комфортнее. Но магаданские скупердяи гонять вертушку не захотели. Вот и сиди теперь среди этих придурков уже который час да слушай их дурацкие байки про егерей в медвежьих шкурах. Они думают, что его и правда охота интересует. Эх, недотепы... Самый интересный вид охоты – это охота на человека, а приз в ней – большие деньги. Именно такой охотой он сейчас и занимается, а они – просто один из этапов на пути к цели.
– А еще у нас тут такой случай был, – повествовал тем временем пожилой майор, энергично жестикулируя и поглядывая на столичного гостя. – Собрались мы как-то с друзьями на охоту... – майор сделал многозначительную паузу. – А водку забыли!
Раздался дружный хохот, даже Захарович выдавил из себя улыбку. Это, надо понимать, шутка такая. Ну ладно, посмеемся, раз шутят. Ему с этими дуболомами нужны хорошие отношения.
