Через минуту из барака охраны появился Балякин с собакой на поводке, сопровождаемый двумя здоровенными парнями в камуфляжах и с автоматами. Рожи у обоих были такие, что показывать в фильмах про пиратов, разбойниках и прочих антиобщественных элементах их можно было бы без грима. «Да, таких кадров в сопровождение Даши и правда посылать не стоило», – подумал Алексей.
– Пошли, – скомандовал Лопатников старший. – Антон, пускай пса по следу.
– Диман, можно мне с вами? – в спину брату крикнул Алексей.
– Давай, – отозвался Дмитрий, и Лопатников-младший поспешил следом за ним.
Через минуту ведомая собакой поисковая группа вошла в тайгу.
Коля Колыма и Череп неторопливо шли по таежной тропинке. За плечом у Колымы висело одолженное у якутского старейшины ружье, а Череп шел просто так. За прошедший день блатные уже успели отъесться и отоспаться, безвылазно сидеть в поселке им надоело, и Колыма решил сходить на охоту. Череп, никогда до этого на охоту не ходивший, отправился с ним за компанию. Колыма охотно взял кореша с собой – конечно, охотиться он помешает, но зато никаких косяков без него в поселке не напорет. А то что-то он уже и на якутских девушек нехорошо поглядывать стал. А у якутов с этим довольно строго, отношения испортить можно моментально.
Так что Колыма не столько охотился, сколько просто гулял. После двухнедельного побега идти по тайге просто так, никуда не торопясь, ни от кого не скрываясь, сытому и довольному, было очень приятно. Похоже, то же самое чувствовал и Череп – по крайней мере, довольная улыбка с его лица не сходила.
– Слышь, Колян, а мы не слишком далеко забрались? – спросил Череп, поворачиваясь к Колыме. – Уже часа два идем. Не заблудимся?
– Не менжуйся, Андрюха, – отозвался Колыма. – Мы сюда, помнишь откуда пришли? И ничего, не заблудились. А сейчас мы от поселка самое большее километров на восемь отошли – совсем ерунда. Ближе мы никого не подстрелим, дичь от людей старается подальше держаться.
– А на этих старателей мы не напоремся? Они в лес тоже наверняка ходят, а прииск их где-то близко, насколько я понял.
– Я спрашивал у Нэхату, он сказал, что сегодня никакого риска нет. У приисковиков сегодня пьянка по случаю выходного, так что они от своего поселка дальше чем на сто метров не отойдут.
– Ясно... Слушай, Колян, а куда этот якут сегодня поехал? Не в Охотск?
– Туда, – кивнул Колыма. – Как раз по нашим делам, насчет паспортов договариваться.
– Ништяк! Слышь, Колян...
– Тихо! – Колыма поднял руку, и Череп замолчал.
– Стой на месте, – тихо шепнул Колыма, и бесшумно скользнул в сторону, отклоняясь от тропинки. Ему показалось, что в той стороне между деревьями мелькнуло какое-то темное пятно.
Если это зверь, то он сейчас со всех ног бежит прочь от шумных людей, но через минуту-другую остановится, прислушается, и если не услышит погони, то дальше не побежит. Ага, точно, вот след, волчий, судя по всему.
Колыма на секунду задумался.
Пойти за серым или не стоит? Подстрелить его при должной осторожности он, может, и сумеет, или, по крайней мере, логово выследить, но есть ли смысл? Шкура у волка летом плохая, ради шкуры на него зимой охотиться надо. Призов за убитых волков сейчас не дают, а если бы и давали, стоит ли из-за такой мелочовки связываться? Да и западло с государством дело иметь. Колыма покачал головой. Нет, не пойдет он за серым. Если бы у якутов олени были, еще стоило бы, для оленей волки первейшие враги. А так незачем.
Колыма развернулся и пошел обратно. Кроме всего прочего, у него была и еще одна причина не трогать волка. Ему просто нравились эти звери. Они казались ему чем-то похожими на блатных – на правильных блатных, таких, каким был он сам. Такие же хищники, с которыми сколько ни боролись, но истребить так и не смогли.
– Что там такое было? – вопросом встретил его Череп.
– Волк, похоже.
– И что? – В голосе Черепа звучало искреннее любопытство, для него, выросшего в большом городе, таежная охота была экзотикой.
– Да ничего. Не пошел я за ним. Волк зверь осторожный, до него пока доберешься, семь потов с тебя сойдет, а толку мало, шкура у него сейчас летняя.
– В смысле?
– Ну сейчас же тепло, волки только что линять закончили. Сейчас у них такие шкуры, что снимать смысла нет.
– Ясно, – кивнул Череп, и они с Колымой двинулись дальше.
Некоторое время блатные шли молча, а потом Череп повернулся к Колыме.
– Кстати, Колян, я тебя спросить хотел, что у тебя за ружье? Я думал, что на Севере у всех охотников двустволки, а тебе старик одноствольное дал, да к тому же старое. Пожадничал, что ли?
– Ничего подобного. Как раз наоборот, – ответил Колыма. – Это ты просто фильмов насмотрелся, которые снимали те, кто ни на Севере, ни восточнее Урала никогда не бывал. Двустволка – это оружие любительское. Ну, для городских охотников, которые в тайгу раз в год приезжают. А настоящие промысловики, которые охотой кормятся, пользуются как раз такими стволами. – Колыма похлопал по прикладу своего оружия.
– А что это за ружье?
