— Вот что, Лаврентий, разреши ему действовать по его усмотрению и не ограничивай ни в чем, более того, подбери человек пять толковых командиров с боевым опытом, способных справиться с командованием дивизией, и отправь их к этому своему Занозе в подчинение. Если эксперимент увенчается успехом, будем формировать больше таких подразделений. Если нет, эти командиры все равно наберутся опыта нестандартных действий, и это пойдёт им на пользу. Держи руку на пульсе и не позволяй нашим военачальникам бить твоему Захарову по рукам. Он подчиняется только тебе и никому другому. Я в свою очередь поговорю с товарищем Ждановым, чтобы он тоже оказал всю возможную помощь в формировании дивизии.
— Товарищ Сталин, но ставить майора, тем более такого молодого, на дивизию — это, как по мне, слишком.
— Нет, не слишком. Если справится, я ему и армию не побоюсь доверить. А вот насчёт звания ты прав, для майора это слишком, зато для полковника будет в самый раз. Поэтому организуй повышение как положено, тем более что он это заслужил.
Конец интерлюдии.
Честно сказать, ни разу я ещё не видел Берию настолько злым, он орал как потерпевший. Особенно почему-то его взбесило моё предложение, чтобы я самостоятельно договаривался с руководством заводов об изготовлении всего необходимого для бригады. Он даже из-за структуры подразделения меньше ругался.
Правда, буйствовал недолго и, выпустив, что называется, пар, отправил меня обратно в центр, велев сидеть там тише воды, лечить рану и ждать решения моего вопроса.
Понятно, что бездельничать я не стал и полных пять дней катался по Москве, вычисляя с помощью своей способности бандитские малины. Отвлекался только на редкие прогулки с Настей.
Она, кстати, после происшествия с Леней попала дома под настоящий пресс родителей, которые требовали от неё повлиять на меня, чтобы я прекратил третировать семейство их хороших знакомых.
Да что говорить, если её мама и сама наехала на меня, что я, дескать, веду себя по-хамски, раздувая из мухи слона.
Я, конечно, сказал, что я здесь ни при чём и в принципе не представляю, что там происходит с этим семейством, но она мне не поверила и обозначила, что мне в их доме совершенно не рады.
Собственно, ходить к ним гости я особо не рвался, для меня главное, что Насте было глубоко пофиг на все эти родительские приколы, и наши с ней отношения стремительно развивались в нужном направлении.
Более того, из-за поведения ее родителей мы с ней просто пошли и, не ставя никого в известность, подали заявление в ЗАГС. Правда, сделать так, чтобы нас расписали немедленно, не получилось (я не хотел ни у кого просить помощи), поэтому придётся немного подождать. Но что ни делается, все к лучшему. У меня благодаря этому появилось время решить вопросы, связанные с жильём, что было немаловажно из-за отношений с её родителями, тем более что мне подсказали, как это можно сделать без особых проблем.
Кстати, решить этот вопрос нужно до начала работы по криминалу, чтобы потом не возникло вопросов насчет денег, которые я потрачу на покупку жилья. Очень не хотелось бы объясняться по этому поводу с соответствующими органами.
И да, я ни капли не сомневаюсь, что добро на эту операцию мне в итоге дадут, ведь я помню про пресловутый лендлиз. Ценности, экспроприированные у бандитов, в этом случае точно лишними не будут.
Подсказал, как мне приобрести жилье, Илья Старинов. Оказывается, сейчас официально купить квартиру нельзя, но если очень хочется, то можно.
Он свёл меня с человеком, который занимается этим профессионально, не бесплатно, конечно, но за довольно умеренное вознаграждение.
Подпольный рынок жилья, если, конечно, его можно так назвать, не сказать, что огромный, но и не маленький.
В общем, выбрать было из чего, и мне, если уж я озаботился этим вопросом, хотелось сразу выжать из ситуации максимум, поэтому я не стал сразу кидаться на первые же предложенные варианты не стал, а подошёл к делу ответственно.
Способ приобретения был прост и сложен одновременно. Владельцы недвижимости при продаже в принципе не могли официально переоформить её на покупателя или кого-то ещё. Чтобы получить в свое распоряжение квартиру, старый владелец должен тебя в ней прописать, а потом выписать себя и всех своих родных, прописанных в ней. Собственно, это вся процедура, ты остаёшься единственным жильцом, так что становишься владельцем. Правда, существует риск, что тебя могут, что называется, уплотнить, но к этому времени подобная практика уже практически ушла в небытие, поэтому овчинка стоила выделки.
Понятно, что квартиру в которой предстоит жить, я выбирал вместе с Настей, и справились мы с этой задачей довольно быстро.
После осмотра первых предложенных нам вариантов, которые меня совсем не устроили, я провел беседу с человеком, взявшимся решить эту проблему, и более чётко обрисовал свои желания, обозначив, что вопрос цены не стоит, главное — результат.
