— Ещё вопросы? — я снова окинул взглядом всех присутствующих.
Вопросов не оказалось.
— Значит, вопросов нет. Разойтись, — приказал я.
Члены экипажа начали возвращаться к своим занятиям, я прошёл в канцелярию, рухнул на свободный стул, бросил фуражку на стол. За окном, возле первого КПП, полковник Лобанов всё ещё разносил подчинённых, так что можно было и не надеяться на скорое отбытие. Пока Лобанов там брызжет слюной, челнок стоит в закрытом боксе, а его пилоты даже не подозревают о будущем полёте.
Следом за мной в канцелярию вошёл Артур Магомедов, взялся за чайник, потряс его, отправил дневального за водой. Корабельная система автоматической выдачи однозначно лучше этой архаики, но выбирать не из чего. Греем воду как в каменном веке.
— А что за тревога была? — спросил меня старпом, как только дневальный вышел.
— Обстреляли нас, — коротко ответил я. — Из бластера.
Старпом присвистнул удивлённо, покачал головой. Расспрашивать подробнее не стал, дождался, когда вернётся дневальный с чайником, поставил, достал две чашки из ящика стола.
— Есть только чай. Будешь? — спросил он.
В подобной обстановке я не видел ничего плохого в том, чтобы общаться на «ты», всё-таки разница в возрасте у нас невелика. Во время несения службы — другое дело.
— Давай, — кивнул я.
Чай оказался дрянной, самый дешёвый из доступных, проще говоря, опилки местного производства. Но даже это лучше, чем ничего.
— Куда после верфи отправимся, есть уже информация? — спросил Магомедов.
В его глазах светился неподдельный интерес, и что-то подсказывало мне, что удержать новости в секрете он не сумеет. Не то чтоб я не доверял своему старшему помощнику, наоборот, он был одним из моих друзей на корабле. Но, как говорится, меньше знаешь — крепче спишь. Знают трое — знает и свинья. Если сведения про нейтральные системы просочатся дальше в команду, оттуда они просочатся и на сторону, к гадалке не ходи. А это уже чревато проблемами.
— За новыми людьми отправимся, у нас некомплект чуть ли не сорок с лишним процентов, — сказал я, прихлёбывая чай.
И я вдруг понял, что новый набор тоже может стать лазейкой для шпионов и им подобных. Да, каждого кандидата несколько раз проверяют, прежде чем пустить на борт корабля, да и кандидаты не знают, на какой корабль они попадут из учебки, но это весьма ненадёжная защита. Умелый агент подмажет кого надо и устроится именно туда, куда ему нужно. Ещё одна головная боль.
— А почему бы здесь не набрать? — спросил Магомедов.
— Здесь офицеров готовят, — пояснил я. — Учебки для операторов тут в соседней системе, в Вирдбауме, туда зайдём. Запрос уже сделан, людей нам подберут.
— Даже интересно, кого подберут… — вздохнул старпом. — К нам на «Бойкий» кого только не присылали.
— Да лишь бы не наркоманов и не мутантов, — сказал я. — Научить-то даже обезьяну можно. Да и самых конченых всё равно в космос не берут.
Магомедов только фыркнул в ответ.
— Всяких я повидал… — буркнул он.
— Я тоже, — спокойно сказал я.
Посидели, попили чай молча. Пустой, фактически, подкрашенный кипяток с ароматизатором чая идентичном натуральному. Мои запасы кофе остались на «Гремящем», если их, конечно, не спёрли работяги с верфи. Учитывая, что корабль там собирались разбирать чуть ли не до остова, шансы на это были весьма и весьма большие. Что-нибудь непременно потеряется или прилипнет к рукам.
— Надо с верфью связаться, кстати, — вспомнил я, отставляя пустую чашку в сторону.
— А там ещё и не знают, что мы летим? — Магомедов чуть не выплюнул чай.
Я улыбнулся и развёл руками. Чересчур поспешное бегство с планеты выходит, конечно, есть шанс, что на верфи нас просто развернут. Мол, мест нет, корабль не готов, извольте-ка ожидать где-нибудь ещё. Но я надеялся, что мне с капитан-лейтенантом Конём удастся договориться.
— А если не пустят? — спросил старпом. — Мы же не вдвоём и не втроём летим. Всей командой.
— В таком случае на станции разместимся, — сказал я. — Но я надеюсь, это не потребуется.
Старпом снова покачал головой, но укор так и остался невысказанным, он благоразумно промолчал.
Я тем временем с помощью системы вызывал капитан-лейтенанта Коня. Всё-таки предупредить его стоило, пусть даже челнок ещё не готов.
Ответил он не сразу, ещё и голос передавался с небольшой задержкой. На фоне что-то гремело и лязгало так, что шумодав не справлялся со своей задачей.
— Конь, слушаю! — крикнул корабел.
— Это командор Мясников, «Гремящий»! — представился я, хотя точно знал, что корабел в курсе, с кем разговаривает.
— Работаем, командор! Силовой каркас доделали! Мы с парнями удивляемся, как вы вообще живыми дошли! — крикнул капитан-лейтенант.
Мой невысказанный вопрос он считал без труда. На верфи он служил явно не первый год.
— Такой вопрос, господин капитан-лейтенант! Нас могут разместить на верфи? Весь экипаж, — спросил я.
Это надо было спросить до того, как я объявил о скором перебазировании, но лучше поздно, чем вообще никогда.
Конь замолчал, я слышал только металлический лязг и шум где-то на фоне. Его можно было понять, присутствие заказчика на объекте или где-то рядом чаще идёт в минус, чем в плюс.
