Миссис Саллен. Уж если говорить начистоту, сестра, это всегда приятно. Мне надобно во что бы то ни стало добыть соперника моему пьянчуге — только так его и расшевелишь. Кто слишком уверен в своих правах, не ценит своего достояния. Припугнешь мужчину, он станет куда внимательней. Женщина — что картина: дурак только тогда поймет ей цену, когда узнает, что умный дает за нее вдвое.
Доринда. Ну разумеется, и мой братец сумел бы это понять, будь у него к вам хоть капля чувства. Но, боюсь, у него к вам какая-то врожденная неприязнь. Сознайтесь, сестра, ведь и вы, наверно, к нему чувствуете то же самое.
Миссис Саллен. Что ж, не стану душой кривить. Мы с ним от природы как вода и пламя. Но если бы он был хоть немного добрее со мной, я, подобно большинству жен, сделала бы вид, что у нас в семье тишь да благодать, лишь бы про нас не судачили.
Доринда. А почем вы знаете, сестрица, что своими уловками утихомирите супруга. Вдруг он придет в еще большую ярость?
Миссис Саллен. Ну и пусть его! Коли я не заставлю его быть любезным, то хоть выведу из терпения.
Доринда. А мне каково — быть между двух огней?!
Миссис Саллен. Прими мою сторону.
Доринда. Как? Идти против родного брата?!
Миссис Саллен. Вы с ним сводные, а я тебе настоящий друг. Если я переступлю границы дозволенного, можешь от меня отречься. А пока этого не произошло, будь мне верной союзницей. Я доверяю тебе свою честь, а уж ты доверь мне честь своего брата. Сегодня у нас обедает граф.
Доринда. Как хотите, сестрица, но этот человек мне чем-то не по душе.
Миссис Саллен. Да разве тебе кто по душе? Твой час еще не настал: любви, как и смерти, не миновать, да никто не знает, когда она явится. В один прекрасный день тебе придется разом выложить все, что задолжала. Но поспешим! Мамаше уже подали чай, скоро в церковь. (
Эймуэлл. Так значит, она хозяйская дочь!
Арчер. По крайней мере так думает хозяин. А я готов поклясться, что в ее жилах течет лучшая кровь.
Эймуэлл. С чего ты это взял?
Арчер. Да есть в девчонке что-то этакое… Она читает пьесы, держит ручную обезьянку и страдает припадками меланхолии.
Эймуэлл. Бьюсь об заклад, тебе еще кое-что о ней известно!
Арчер. Пока больше ничего. Красотка изволит задирать нос — ей, видите ли, подавай джентльмена — на меньшее она не согласна.
Эймуэлл. Так я и займусь ею.
Арчер. Еще одно слово — и я объявлю, кто я такой. Я испорчу тебе всю игру, и не только в здешних местах. Слушай, Эймуэлл, каждому — свое.
Эймуэлл. Верно сказано! А посему, раз ты мой слуга, так будь мне и сводником.
Арчер. А я, как положено всякому слуге, сперва позабочусь о собственных интересах, а потом о ваших. Но вернемся к делу. Ты так шикарен и неотразим, Том, что, ей-богу, в местной церкви все просто умрут от восхищения. Ты будешь иметь успех, ведь люди всегда судят по внешности.
Эймуэлл. Надо этим пользоваться. Когда в церкви появляется новый человек, все только на него и смотрят. Не всякое светило небесное привлекает к себе столько взоров. Не успеете вы переступить порог, как по рядам пробегает шепот: «Кто это? Откуда он? Вы его знаете?» Затем вы даете служке полкроны, он кладет ее в карман и сажает вас на лучшее место. Вы достаете табакерку, осматриваетесь по сторонам, кланяетесь епископу или священнику, который служит службу, и впиваетесь глазами в какую-нибудь красотку. У вас от натуги даже начинает идти кровь носом, и вы стараетесь это скрыть, привлекая тем самым внимание всей паствы. После проповеди в городе уже все знают, что вы поклонник этой дамы. Стоит ей поверить, что вы умираете от любви к ней, как она сама падает жертвой того же недуга.
Арчер. Кто этого не знает, Том! Чем пялить глаза на красотку, постарайся-ка лучше приглядеть хорошее приданое. Это нам сейчас важнее всего!
Эймуэлл. Будто я сам не знаю! Без приданого откуда же красоте взяться! Дайте мне только развернуться уж я не промахнусь.
Арчер. Слушай, Том!
Эймуэлл. Ну?
Арчер. Когда ты последний раз был в церкви?
Эймуэлл. Дай вспомнить… Кажется, на коронации.
Арчер. И ты, отправляясь сегодня в церковь, надеешься еще на божье благословение?
Эймуэлл. Нет, Фрэнк, оно мне ни к чему — мне жена нужна. (
Арчер. Право, он не слишком много требует. (
Боннифейс. Ну что, дочка, удалось тебе, как говорится, поисповедовать этого Мартина?
Черри. Право, отец, не гожусь я для этого дела. Я молода, не умею подольститься.
