Оказавшись внутри, Конте наотмашь ударил в нос запах затхлых стен, давно молящих о косметике, и местами прогнившей от сырости крыши. Аккуратно осматривая комнаты в поисках телефона, Конте попутно обращал внимание на те вещи, которые может прихватить с собой и которые могут понадобиться в дальнейшем: фонарик, какой-нибудь пистолет или хотя бы пару пачек табака. Порыскав по прихожей и спальне, Конте зашёл на кухню, и мало надеясь на Ташлена, приступил к поиску провианта. Ему сразу же приглянулась припрятанная за кухонной занавеской бутылка с чем-то явно очень разогревающим. Отвинтив крышку, он приложил к горлышку нос, после чего не сдержался, выкрикнув: «Настоящая деревенская настойка! Не дурно!». Настойка сразу же отправилась во внутренний карман его пальто, а в наружном правом кармане скрылась небольшая вязанка сыровяленой колбаски, ломоть белого, ещё тёплого хлеба и баночка какой-то сушёной травки. На столе прихожей в глаза бросилась утренняя пресса. Статья
«Так, в этой халупе пахнет всем, только не телефоном. Пожалуй, на этом всё, можно выбираться отсюда. Погодите, погодите – какой странный торшер» – внимание Конте привлекла напольная лампа, а точнее то, что под ней находилось. Свёрток каких-то бумажек должен был помогать ей лучше держаться на своей единственной ноге, но это было очевидно – без этой затычки будет гораздо лучше. Приподняв торшер, он вытащил свёрток, и развернув его обнаружил, по всей вероятности, заначку мужа или жены в несколько сотен франков. Эта находка была как нельзя кстати, ведь его наличные остались на попечении Интерпола.
Внезапно раздавшийся грохот заставил Конте одёрнуться. «Придурок! Так и знал, что провалится в этот чёртов курятник. Такое плёвое дело, даже младенец справится, а он и того не может! Не Гамлет, а настоящая Джульетта!» – поносил про себя писателя Конте.
Оценив ситуацию, что никаких собак или иной дикой живности во дворе нет, Конте беспечно вышел из террасы к сараю, и с удивлением обнаружил стоящего спиной Грега, который зачем-то пытался завести старую сельскую рухлядь.
– Чёрт бы тебя побрал, что ты творишь?! Какого тебе эта тарандайка, куда ты собрался на ней ехать?! Я сказал, нужно только то, что можно съесть!
Конте одёрнул его за плечо, но повернувшийся оказался вовсе не Грегом, и более того, этот кто-то был даже не мужчиной. С неприкрытым презрением и недовольством на комиссара выпучила свои и без того большие глаза дама средних лет:
– Чего-чего? Ты кто такой, мужик?! Ворюга что ли? Вали отсюда, пока я с тебя шкуру не спустила, мне как раз одна не помешает!
Один только грубый голос дамы мог сбить с ног. Конте, обалдевший от такой встречи, был в полной растерянности:
– По тише, по тише, мадам! Я всего лишь… Я мастер, рабочий! Мне нужно… наладить ваш аппарат!
Дама, пребывая в полнейшем непонимании, встала руки в боки и смотрела на Конте как на идиота:
– Что ещё за аппарат, папаша?
– Телефон, мадам. Трубка, звонилка, гудок-барабан или как там у вас его называют. Ну, поняли? Я из телефонной компании. Где тут у вас телефон?
– Телефон? – женщина окинула Конте с ног до головы, и увидела выглядывающее из кармана пальто горлышко бутылки. – А, так ты не ворюга. Ты пьянь обыкновенная! Я-то думаю, что за бред ты мне тут несёшь. Все вы работяги одинаковые! Ещё и набрался прямо с утра.
– Простите, мадам, каждый работает, как умеет! Так что насчёт телефона?!
– Да нет и не было никогда никакого телефона!
– Как странно. Но у меня тут заявка на ремонт… А сейчас так тяжело с работёнкой. Может, будете милочкой, подскажите, у кого из ваших соседей он есть?
– Рассмешил! Тебя, наверное, в Монтелимар направили. Там на станции точно есть твой ап-па-рат!
– Монтелимар? Как далеко это от Авиньона?
– О, да ты отец совсем голову пропил! Авиньон в часе езды отсюда!
Подумав, что раз уж всё равно принят за подпитого работягу, Конте, без капельки зазрения выдал:
– Тогда сейчас я где?
– Эспелюш! Эспелюш! Завязывай с выпивкой, папаша, не то имя своё забудешь! – эмоционально хлопнув руками о свои бока, пальто этой мадам издало смачный хруст. Конте поспешил откланяться.
Покинув мужеподобную мадам, он пошёл по деревне, пару раз оглянувшись на странный двор. Вдруг из кустов он услышал знакомый шёпот: «Конте! Конте! Я здесь!» – это был Ташлен, сидевший под ветвями какого-то кустарника, он пытался растирать свои бока, так как кроме жилетки другой верхней одежды на нём не было.
– Что ты тут делаешь, идиот?!
