Макиавелли как-то откровенно написал, что ему было очень трудно работать над «Историей Флоренции», поскольку он был вынужден хвалить клан заказчиков – семью Медичи. Полагаю, что приведенные только что строчки из «Государя» также дались ему нелегко. В конце концов, это именно Александр VI Борджиа открыл дорогу очередной волне экспансии Франции в Италию, он же был прославлен многочисленными преступлениями, хотя, нужно признать, часть из них, как сейчас считается, была приписана ему его многочисленными недругами. Правда, у Борджиа-старшего было два существенных достоинства, которые автор «Государя» не мог не оценить:
– в течение его понтификата католическая церковь значительно укрепила свое политическое влияние, несмотря на неоднозначность морали и поведения ее высшего руководства, в том числе самого Александра VI. Можно даже сказать, что последний оказался весьма неплохим церковным государем, если иметь в виду политические результаты его деятельности и действительно имевшее место укрепление политических позиций церкви в ходе его понтификата;
– второе достоинство Александра VI – это, с точки зрения Макиавелли, конечно же его сын Чезаре Борджиа, образцы деятельности которого политолог описывал как показательные для государя нового типа.
На это можно было бы возразить, что деятельность данного папы способствовала продолжению глубочайшего кризиса католичества. Безусловно, Макиавелли знал об этом, однако предпочитал рассматривать ситуацию исключительно в той плоскости, которую выбрал с самого начала. Его интересует прежде всего политика и достижения в этой области. В конце концов, уже было отмечено, что в «Государе» Макиавелли шокирует читателя своей бескомпромиссностью в советах, как обеспечить власть действующему правителю[402].
