3…на маслянице жирной… — Эпитет соответствует фр. Mardi Gras (букв, «жирный вторник»); англ. Shrove Tuesday, последний день масленицы, которая по-английски называется Shrovetide, но в России это уже второй день Великого поста. Русская масленица длится с понедельника до сыропустного (или прощеного) воскресенья (англ. Shrove Sunday), на следующий день (англ. Shrove Monday) начинается русский Великий пост. Немцы, жившие в России, переводили слово «масленица» как die Butterwoche (то есть «масленая неделя»), а русские Shrove Monday и Shrove Tuesday (понедельник и вторник — первые дни Великого поста) в шутку называли «немецкой масленицей».
Раньше в Англии существовал обычай на масленой неделе во вторник исповедоваться священнику в своих грехах, после чего есть блины (pancakes) и веселиться. Русское праздничное блюдо под названием «блины» — это легкие, воздушные, жареные pancakes из дрожжевого теста, очень тонкие и нежные по сравнению с нашими американскими их разновидностями. Свернув золотисто-коричневый с темными пятнышками блин и наколов его на вилку, русский гастроном макает его в растопленное масло и поглощает вместе с паюсной (черной) или зернистой (серой) икрой, добавив немного сметаны, повторяя это действо до сорока раз за один присест. Русский «блин» состоит в родстве с англ. flown (ватрушкой), фр. flan (сортом пирожного с кремом) и еврейско-американским blintz (свернутым блином с начинкой из творога).
5—11 В беловой рукописи этот отрывок (пропущенный в прижизненных изданиях) гласит:
Два раза в год они говели;Любили круглые качели,Подблюдны песни, хоровод.В день троицын, когда народ,Зевая слушает молебен,Умильно на пучок зариОни роняли слезки три.6…круглые качели… — Одни из таких круглых (или круговых) качелей упоминаются при описании красного двора помещика князя Ивана Раменcкого в романе посредственного писателя Алексея Писемского (1820–1881) «Тысяча душ» (1858): на них катаются приказчица и две поповны, качели вращает скотник, упираясь грудью в вал.
7 Подблюдны песни… — См. коммент. к гл. 5, VIII, 5–8. <…>
8В день троицын… — Это воскресенье, следующее за английским Духовым днем (Whitsunday) и восьмое воскресенье после Пасхи.
10…пучок зари… — В России существует несколько растений, которые носят название «заря» или «зоря». В словаре Даля их приводится шесть. Наименее вероятное для данного контекста — любисток семейства зонтичных; однако все переводчики, не задумываясь, хватаются именно за него, не беря на себя труд поинтересоваться, насколько распространена эта южноевропейская зонтичная трава (Levisticum officinale; любисток лекарственный) в северо-западной России; между тем она там не растет, да и прочие растения, именуемые любистоком в Англии (англ. lovage), не похожи на русскую «зарю». Среди других цветов с этим названием лишь чихотная трава и дудник лесной имеют некоторые основания претендовать на участие в обрядах Троицы и Духова дня, есть еще виды Conioselinum (гирчовника), расплывчатость сведений о которых так притягательна для педанта; но наиболее очевидным растением, также именуемым «заря» и несущим явные ассоциации с весной, конечно, является Ranunculus acris, растущий на лугах лютик едкий или куриная слепота. (В Западной Европе на праздник Троицы приносили гвоздику садовую или голландскую, Dianthus caryophyllus, с розовыми цветками.)
Два обычая безнадежно перепутались в дежурных комментариях, бездумно надерганных пушкинистами по поводу злополучного «пучка зари».
На Троицу сельские церкви в России украшаются березовыми ветками, и в некоторых областях существует обычай пролить столько слез по своим грехам, сколько капелек росы на принесенной в церковь вместо цветов березовой ветке. Люди из обеспеченных слоев, как, впрочем, и многие бедняки, все же приносят в церковь букет цветов[416]. В Псковской губернии эти букеты впоследствии использовались — в ходе последующего «языческого» этапа праздника, — чтобы «обмести» могилу родителей, дабы «прочистить» им глаза. Об этом обряде упоминает Иван Снегирев, без всякой ссылки на источник, в книге «Русские простонародные праздники и северные обряды» (М., 1837, с. 185). Лишь первый обычай — «росинки грехов» (Ларины проливали не больше трех) — фигурирует в ЕО. О втором в беседе со Снегиревым рассказывал Пушкин.
Лернер[417] цитирует запись от 18 сентября 1826 г. в дневнике означенного профессора Снегирева, этнографа, цензора и консерватора, который он вел с 1825 по 1827 г.:
