«Не спится, няня: здесь так душно!Открой окно да сядь ко мне». —«Что, Таня, что с тобой?» – «Мне скучно,4 Поговорим о старине». —«О чем же, Таня? Я, бывало,Хранила в памяти не малоСтаринных былей, небылиц8 Про злых духов и про девиц;А нынче всё мне тёмно, Таня:Что знала, то забыла. Да,Пришла худая череда!12 Зашибло…» – «Расскажи мне, няня,Про ваши старые года:Была ты влюблена тогда?» —3 Уменьшительное имя появляется в романе впервые после одиннадцати упоминаний полного (Татьяна). Няня разбивает лед отчужденности, обращаясь к девушке как к «Тане» трижды в строфе XVII, один раз в строфе XVIII и один раз в строфе XXXV. С этого момента Пушкин назовет ее «Таней» тридцать три раза, что в сумме для всей поэмы составит тридцать восемь, то есть одну треть от частоты обращений «Татьяна».
3Мне скушно… — Провинциальное произношение Татьяны, заменяющее «ч» на «ш» (несомненно, влияние матушки-москвички), дает Пушкину возможность рифмовать «скушно» с «душно» первой строки.
4 <…>
5 <…>
7 <…>
12 <…>
13 <…>
<p>XVIII</p>«И полно, Таня! В эти летаМы не слыхали про любовь;А то бы согнала со света4 Меня покойница свекровь». —«Да как же ты венчалась, няня?» —«Так, видно, Бог велел. Мой ВаняМоложе был меня, мой свет,8 А было мне тринадцать лет.Недели две ходила свахаК моей родне, и наконецБлагословил меня отец.12 Я горько плакала со страха,Мне с плачем косу расплелиДа с пеньем в церковь повели.1 <…>
5—6 Ср. в переводе у Эльтона:
«But then thy marriage, nurse, how came it?»«Why, God's plain will it was to frame it.»[497]Такое cheville (многословие) особенно смешно для американского уха.
12—13Мне с плачем косу расплели… — «La tresse de cheveux que portent les jeunes filles est cach'ee au mariage et ne se montre plus d'esormais»[498], — сообщает Тургенев «Для того, чтобы переплести ее в две косы, когда девушка становится замужней женщиной», — добавляет Сполдинг. И оба правы.
В хорошо известной песне, написанной трехстопным хореем с грубым наклоном[499] на слове «мою», содержится та же самая мысль:
Рано мою косынькуВ ленты убирать —Рано мою русуюНа две расплетать…***В черновике примечаний, сделанных Пушкиным для издания 1833 г. (ПД, 172), читаем:
«Кто-то спрашивал у старухи [крепостной]: По страсти ли, бабушка, вышла ты замуж? — По страсти, родимый, отвечала она. Приказчик и староста обещались меня до полусмерти прибить [когда заставляли ее выйти за крепостного по их выбору]. В старину свадьбы как суды обыкновенно были пристрастны [добавляет Пушкин свой каламбур]».
<p>XIX</p>И вот ввели в семью чужую…Да ты не слушаешь меня…» —«Ах, няня, няня, я тоскую,4 Мне тошно, милая моя:Я плакать, я рыдать готова!..» —«Дитя мое, ты нездорова;Господь помилуй и спаси!8 Чего ты хочешь, попроси…Дай окроплю святой водою,Ты вся горишь…» – «Я не больна:Я… знаешь, няня… влюблена».12 «Дитя мое, Господь с тобою!» —И няня девушку с мольбойКрестила дряхлою рукой.1И вот ввели в семью чужую… — Повествовательная тягучая и печальная интонация напоминает здесь: «и так они старели оба» (гл. 2, XXXVI, 1). Это один из лейтмотивов романа.
<p>XX</p> 