— Я поеду в отель.
— Она может остаться у нас,— сказала жена управляющего мисс Таннер.
Энн поблагодарила ее. Лучше было бы, конечно, уединиться в гостиничном номере, но не было сил возразить.
Миссис Таннер сказала:
— Скажите, что вам принести,— я сбегаю в вашу квартиру. А вы пока примите душ, да погорячее!
— Я так и сделаю, миссис Таннер; вы очень добры ко мне,— сказала Энн.— Мне нужны только пижама и купальный халат.
Когда Энн вышла из ванной, у миссис Таннер уже был наготове гороховый суп и сэндвич с сыром. Энн вспомнила, что с утра ничего не ела, и внезапно ощутила сильный голод.
Пока она ела, приехал инспектор Тарр. Она услышала в гостиной его голос и облегченно вздохнула. Тарр взглянул на нее.
— Добрый вечер, мисс Нельсон.
Энн удивленно подняла голову. Тон его был таким же официальным и безразличным, как и у инспектора Фитцпатрика. Она вспыхнула от обиды. Вот лицемер! Только что пытался назначить ей свидание и вот уже третирует ее, как потаскушку, пойманную при облаве.
Тарр сел с ней рядом. Энн отодвинулась.
— Дело приняло серьезный оборот,— сказал он.
Энн не ответила.
— Предположим, кто-то пробрался в вашу квартиру...
Энн сердито возразила:
— А что, возможен какой-то другой вариант?
— Конечно. Вы могли сами удавить Харви Глюка и инсценировать взлом замка на заднем крыльце. Женщине все это по силам. Надо только хорошенько затянуть провод, и дело в шляпе.
Энн закусила губу и удивленно спросила:
— Зачем мне понадобилось бы убивать несчастного Харви?
— Вот уж не знаю.
И Тарр нагло добавил:
— Кстати, если вы хотите во всем признаться, пожалуйста, обращайтесь ко мне. Я претендую на повышение, и мне любая помощь будет кстати.
Энн стала пить чай, слишком разъяренная и опустошенная эмоционально, чтобы возмущаться.
— Предположим,— как ни в чем не бывало, продолжал Тарр,— что кто-то пробрался в вашу квартиру, чтобы напасть на вас и убить. Встает вопрос: зачем?
— Я не могу даже представить зачем.
— Мог это быть ревнивый поклонник?
— Нет.
— А бывший муж?
Энн сделала попытку улыбнуться.
— Он в Кливленде.
— Мы проверим. Кто-нибудь еще может иметь что- то против вас?
— Ничего серьезного.
— Итак, мы снова возвращаемся туда, откуда начали: в Инисфэйл. Вы представляете для кого-то угрозу, или кому-то выгодна ваша смерть, или кто-то вас ненавидит? Кто?
— Не могу себе представить.
— Шантажист?
Энн пожала плечами.
— Кто был бы ближайшими после вас наследником?
— Моя мать.
— Вы написали завещание?
— Нет. Мне казалось, что это преждевременно.
— Кто ближайший наследник Харви Глюка? Опять ваша мать?
— У Харви нет ничего, кроме двух десятков собак, а их Элэйн всегда ненавидела.
— Предположим, что ваша мать умерла. Кто будет вашим наследником тогда?
— Двоюродные сестры и братья, наверно, я их почти не знаю. Вы думаете, Элэйн умерла?
— Я ничего не думаю. Факты таковы: мы не можем ее разыскать.
— А письмо?
— Да, интересное письмо,— сказал Тарр.— Но мало что дает.— Он поднялся.— Вам надо постараться уснуть, пока есть возможность поспать. Может быть, Фитцпатрик не будет допрашивать вас ночью. Но уж завтра — обязательно.
— Об отце ему тоже рассказать?
— Конечно.
Энн поплотнее закуталась в халат.
— И зачем только я родилась на свет?..
И тут Тарр неожиданно погладил ее по голове.
— Ну-ну, не так уж все плохо. Жизнь продолжается.
— Только не для бедняги Харви. Если бы я вошла в ванную первая или пришла домой одна, это случилось бы со мной. Его убили вместо меня. Я чувствую на себе такую вину!..
— Не вижу, как бы вы могли его спасти. Если только не вы все это устроили.
Энн удивленно посмотрела на Тарра, желая убедиться, что он не шутит. Она ничего не смогла прочесть на его лице и снова принялась за чай. Тарр опять погладил ее по голове и удалился. Энн молча посмотрела ему вслед.
Миссис Таннер, которая возилась на кухне в пределах слышимости, заглянула в дверь.
— Какой странный полицейский!
Через несколько минут после того, как ушел Тарр, вернулся инспектор Фитцпатрик, увел Энн в спальню и там, наедине, подверг ее пространному допросу. К удивлению Энн, его интересовали в основном сведения об Элэйн, о ее прежних романтических увлечениях и о юных годах Энн. Энн повторила, что приезд Харви явился для нее совершенной неожиданностью, она рассказала об обстоятельствах смерти своего отца. Примерно через полчаса Фитцпатрик поднялся и собрался уходить.
— Какие у вас планы? Вы собираетесь жить здесь?
Энн решительно покачала головой. Сама мысль об этом заставила ее содрогнуться.
— Куда, в таком случае, вы переедете?
— В отель, на одну-две недели. А потом... Не знаю.
— В какой отель?
— Еще не думала. Где-нибудь в центре.
— Последуйте моему совету,— сказал Фитцпатрик.— Никому не говорите, куда вы переезжаете. Я имею в виду—действительно никому. Кроме полиции, естественно.
— Хорошо.
— Потому что,— продолжал Фитцпатрик как само собой разумеющееся,— если кто-то решил вас убрать, ничто не помешает ему повторить попытку.