Пока я ждал его, я рассмотрел обстановку, как я уже говорил, комната служила кабинетом. Г-н Нельсон умер от выстрела из револьвера 38-го калибра, который лежал на полу; лабораторные исследования подтвердили это. Дверь, ведущая из кабинета в гостиную, была заперта изнутри на замок и на засов. В комнату нет другого входа, кроме как через дверь или окно; и то и другое были закрыты. Смерть могла наступить только в результате самоубийства.
Тарр взглянул на Энн, как бы ожидая ее реакции. Но Энн ничего на это не сказала, и Тарр продолжал:
— В кабинете имеется камин. Среди пепла я заметил обгоревший клочок бумаги, сейчас я не могу его показать, он в лаборатории. Но,— он заглянул в записную книжку,— вот что там было написано: «Я думаю, ты слишком легко отделался. Теперь будешь платить больше — мне нужны деньги. По тысяче пятьсот долларов каждый месяц».
Тарр положил книжку в карман.
— Текст составлен из букв, вырезанных из газетных заголовков, наклеено все это на листке дешевой бумаги. Отпечатки пальцев, найденные на бумаге, принадлежат вашему отцу. Это явный шантаж.
Он наклонился к ней через стол.
— Вы не знаете ничего такого, из-за чего вашего отца могли бы шантажировать?
Энн горько засмеялась.
— Не думаю, чтобы моего отца вообще можно было шантажировать.
— Почему вы так говорите?
— У него отсутствовало чувство стыда или вины.
— Да, но если он совершил какое-то преступление...
— Не думаю. Потому что... позвольте привести один пример. Мой отец хорошо играл в шахматы. За шахматами хитрить нельзя. Или, скорее, можно, но этого никто не делает. Потому что если вы выигрываете, это не настоящая победа, если проигрываете — вы проигрываете вдвойне.
— И что же?
— Мой отец не стал бы совершать преступление по той же причине, по которой не мошенничал при игре в шахматы. Он был слишком горд для этого.
— Было бы прекрасно, если бы все придерживались такого же мнения,— задумчиво проговорил Тарр.— Вот только мне пришлось бы остаться без работы: уровень преступности упал бы наполовину из-за тех, кто играет в шахматы... Однако вернемся к вашему отцу. Вы, стало быть, не предполагаете, из-за чего его могли шантажировать?
— Нет.
Тарр с видимым нетерпением откинулся на спинку стула.
— Похоже, что вашего отца нельзя было назвать заурядным человеком. Он был чудаком?
Энн внезапно охватило чувство, похожее на гнев. Теперь, когда Роланда Нельсона не было в живых, ей захотелось защитить его или, по крайней мере, объяснить движения души и поступки этой замечательной, пренебрегавшей общими правилами, личности.
— Все зависит от того, что вы вкладываете в понятие «незаурядный» и «чудаковатый». У него был независимый характер. Он никогда ни к кому не приспосабливался. Приспосабливаться пришлось бы вам — или приспосабливаться, или идти своей дорогой.
Тарр поерзал на стуле, как будто эти слова были вызовом лично ему, снова вынул блокнот.
— Как зовут вашу мать?
— Миссис Харви Глюк.
— Где она живет?
— В Северном Голливуде. Вам нужен адрес?
— Да, пожалуйста.
Энн нашла адрес в записной книжке.
— Пембертон-авеню, 828. Я не уверена, что она до сих пор там живет. Правду сказать, уверена, что уже больше не живет. Я посылала ей открытку, и она вернулась обратно.
Тарр что-то записал. Энн заметила, что у него не было обручального кольца.
— С какого времени ваши отец и мать состоят в разводе?
— Очень давно. Когда мне было два года, они разъехались в разных направлениях, а меня оставили в Санта Монике с бабушкой. После этого я редко виделась с ними обоими.
— Отец помогал вам деньгами?
— Когда ему этого хотелось. Это было не очень часто.
— М-да. Давайте обсудим еще вот что: он женился на Перл Модли... когда?
Энн с минуту испытующе на него смотрела.
— Если вы думаете, что это самоубийство, зачем вы задаете мне все эти вопросы?
Тарр улыбнулся, будто Энн удачно пошутила. К ее удивлению, он даже подкинул вверх карандаш одной рукой и поймал его другой. По ее представлениям, детективы должны были держаться сурово и язвительно. Тарр сказал:
— И все же вопрос о шантаже не снят.
— Он и Перл поженились полтора года назад. Она было вдовой, хорошо обеспечена и, может, а может быть, и нет, это могло ее привлечь.
— Вы присутствовали во время венчания?
— Нет.
— Но вы встречались с мисс Нельсон?
— Примерно через месяц после свадьбы она пригласила меня поужинать. У них была прекрасная квартира в Саусалито. Познакомившись с Перл, я поняла, что отцу очень повезло.
— И тем не менее они расстались. Когда она умерла — развода не было и не было более близких родственников,— он получил наследство. Так?
— Видимо, так. Я ведь даже не знала, что Перл умерла, пока моя мать не сказала мне об этом.
— А как узнала об этом она?
— Понятия не имею. Меня это тоже удивило.
Тарр опять навалился на спинку стула, взгляд его был лишен всякого выражения.
— А теперь наследница — вы.
Энн добродушно рассмеялась.
— Так вы считаете, что это я убила отца из-за денег?
— А это не так?
— И вы поверите, если я скажу — да, убила?
— Мне бы захотелось узнать, как вам это удалось.
— Ну что ж, запишите для протокола,— сказала Энн, прикусив губу,— я не стреляла в Роланда.