— Фотографии? Понятно. — Кэрол сделала паузу. Мы были похожи на любовников, идущих рука об руку, наши запреты исчезли. Мне хотелось прыгнуть в реку, утащить ее за собой в эту темноту, в эти промозглые заросли.
— Прошлой ночью я что-то слышала, — продолжала она. — Шаги наверху, на чердаке. Вы их слышали?
— Да, — признал я.
— Это были не детские шаги. Не Наоми.
— Нет, — проговорил я. — Не Наоми.
— Я думаю, тебе лучше мне рассказать.
И я рассказал все, что знал, опустив только подробности того, что Джон Лиддли сделал со своей семьей. Когда я закончил, прошло уже больше часа. Мы долго сидели в тишине, Кэрол и я, не отрывая глаз от реки, ее мягкого серебристого блеска, ряби, прохлады и глубины.
— Странное совпадение, не правда ли? — произнесла она. Я понял, что она имела в виду.
— Ты имеешь в виду маму? — спросил я.
Она кивнула.
— Да, — согласился я. — Если это совпадение.
— Ты так не думаешь?
— Нет, — подтвердил я.
Река извивалась прямо у нас под ногами. Наши отражения плясали на ее поверхности, как призраки. Я содрогнулся.
— Лоре не следовало поощрять тебя приезжать, — поморщился я. — Ей не следовало позволять тебе брать с собой Джессику. Это еще не конец, ты знаешь. Я думаю… Я думаю, это только начало.
Кэрол ничего не сказала. Она продолжала смотреть на воду, на наши отражения, искаженные и дрожащие на ее изменчивой поверхности.
— Вчера вечером, — начала она, наконец, — после того, как пришла в вашу с Лорой комнату, я не сразу вернулась в свою. Вместо этого я пошла проверить Джессику. Она не спала. Я нашла ее сидящей в кровати с включенным светом. Она не выглядела обеспокоенной или что-то в этом роде. Я спросила ее, почему она сидит с включенным светом. Ее что-нибудь разбудило? Я подумала, что она могла услышать твой крик. Она сказала, что играла. «Во что ты играла?» — спросила я. «В семью, — ответила она. «Одна?» — Она покачала головой. «О нет, — объяснила Джессика, — я была не одна. Моя двоюродная сестра Наоми приходила поиграть со мной».
Глава 24
Вечер прошел спокойно, мы говорили, о чем угодно, только не о том, что нам больше всего хотелось обсудить. Я и Кэрол договорились не поднимать тему привидений с Лорой. И мы решили, что, возможно, лучше все-таки попробовать прибегнуть к экзорцизму. Я с горечью вспомнил о своем нарушенном обещании Льюису. Когда мы возвращались на велосипедах, я сказал Кэрол, что позвоню священнику завтра.
Около десяти часов Лора сказала, что чувствует усталость и хочет пораньше лечь спать. Когда она пошла наверх в постель, мы с Кэрол остались внизу, чтобы поговорить. Я показал ей фотографии. Не все — не самые худшие, которые я спрятал подальше, — но достаточно, чтобы окончательно убедить ее в правдивости того, что я рассказал.
— Вам нужно уходить отсюда, — заметила она. — Этот дом — зло. Он уничтожит вас, если вы останетесь.
— Лора не уйдет, — я рассказал сестре о визите Наоми, о ее просьбе к Лоре вернуться домой.
— Наперекор этому, — ответила Кэрол. — Как раз из-за этого. Даже если она увидит Наоми, это только больше расстроит ее в конце концов. Позволь мне поговорить с ней, может быть, она меня послушает.
Я кивнул, но знал, что сестра зря старается. Потребуется нечто большее, чем просто доводы, чтобы заставить Лору снова оставить наш дом.
Мы легли спать сразу после полуночи. Кэрол нервничала. Я знал, что она прислушивается к звукам с чердака.
— Я не хочу спать одна, — призналась она.
— Все будет хорошо, — успокоил я ее, сам не чувствуя особой уверенности. — Мы в другом конце коридора — тебе нужно только крикнуть, если я тебе понадоблюсь.
Она нервно улыбнулась и открыла дверь своей спальни, сразу же включив свет.
— Иди, — сказала она. — Со мной все будет в порядке. Но я бы хотела, чтобы уже наступило утро. Я загляну к Джессике перед тем, как почистить зубы. Наверное, возьму ее с собой спать.
Она поцеловала меня в щеку и ушла в комнату своей дочери. Я открыл дверь нашей спальни и вошел внутрь. Лора оставила включенным ночник. Она зашевелилась, когда я вошел. Я с облегчением увидел, что в кровати действительно Лора, а не… не кто-то другой.
Не прошло и минуты, как дверь без предупреждения распахнулась, и в комнату влетела Кэрол в крайне расстроенных чувствах.
— Джессика! — кричала она. — Она пропала.
— Что! Ты уверена?
— Конечно, я уверена! Ее нет в ее комнате, ее нет в моей комнате.
Лора неразборчиво пробормотала с кровати:
— Что происходит? Что-то случилось? — Она с трудом поднялась, все еще полусонная.
— Ничего, дорогая, — сказал я. — Спи.
— Кэрол? Это ты? — Теперь она окончательно проснулась. В ее глазах мелькнул страх.
— Да, Лора. Джессика пропала.
Я оставил их вместе и отправился на поиски племянницы. Она не может быть далеко, рассудил я. Но мое сердце бешено колотилось, и я почувствовал, как страх заползает в желудок. Нахлынули воспоминания о тех первых ужасных минутах в «Хэмлис», когда я поняла, что Наоми действительно исчезла.
