Тварь тем временем перестала быть бесформенной, напротив все ее тело сосредоточилось и очевидно приготовилось к броску. Васильич попятился, нащупав рукой торшер схватился за него как за спасительную дубинку. Рыкнув, чудовище ринулось к нему. Отталкиваясь поочередно мощными лапами, оно стремительно сокращало дистанцию. Защищаясь, он метнул в нее лампу, которая вдребезги разлетелась о голову, но не остановила, а лишь на мгновение замедлила существо. Вслед полетело все, что попадалось ему под руку, книжки с полок, пузырьки духов. Васильич вертелся как мог, уворачиваясь от ударов мощных лап, которые едва не снесли ему голову, размолотив в щепки шкаф.
– Что ты такое?! Где Валя?! – орал он, отступая к коридору, будучи уверенным, что пятился уже сотню метров, а порога все не было. Под руки попалась связка ключей от двери, в отчаянии он бросил и их, тварина как обученный пес перехватила их пастью и удовлетворенно сглотнула.
Отступая, он уперся спиной в кухонный гарнитур. Не сводя глаз с монстра, хаотично шаря позади рукой, Васильич нащупал нож. «Пропадать, так пропадать!»
Почувствовав, что у него есть яйца, он с ревом бросился навстречу чудищу. Короткий удар почти без замаха в брюхо справа и тонкая желтая струйка со зловонием брызнула из раны. «Не таким и крепким оказался мерзавец», существо замерло, не сопротивляясь упало на спину, дрыгая одной ногой и неуклюже подбирая кишки, выползающие из раны, непропорционально длинными лапами. Оно было все также отвратительно Васильичу, но в его пасти что-то блестело. Приблизившись, он увидел ключи от квартиры, они лежали прямо на раздувающихся жабрах, но просто так их было не схватить – три ряда зубов все также были готовы оттяпать его руку по самый локоть. Но ключи нужно было обязательно достать, иначе из квартиры было не выбраться. Нож был для этих целей слишком коротким.
Решение пришло быстро. Накануне он укреплял раму на балконе тонкими деревянными рейками – штапиками. Схватив их остатки в одну руку, подобрав спрятанный за радиатором батареи топор, он метнулся назад к пришельцу. Именно так он классифицировал этого монстра, других логичных объяснений его пребыванию в квартире он не нашел, а в чертовщину не верил. Переборов отвращение и пользуясь тем, что тварина особо не сопротивляется, он уселся на нее сверху. Взял в руки первую рейку и процедил сквозь зубы: «Сейчас ты покажешь мне свои жабры!» Упер штапик прямо в пасть и, замахнувшись, обухом топора приготовился забивать. Чудище, почувствовав неладное, стало извиваться под ним и в отчаянии хлопало пастью, силясь вцепиться в мучителя.
Толика разбудил крик, страшный, полный ужаса. Кричала Валентина.
Он встрепенулся и, чуть не разбившись о косяк, вывалился в коридор. Дверь к соседям была закрыта, за ней были слышны звуки борьбы. Понимая, что творится неладное, наплевав на этикет – Толик навалился на дверь плечом, и она отворилась. На полу, истекая кровью из раны в боку, лежала тетя Валя, сверху на ней сидел ее муж, который держал в одной руке тонкий деревянный штапик, а в другой – молоток.
– Васильич, что ты творишь! – заорал Толик
– Толя, это пришельцы… они напали на землю, а эта тварь съела ключи от квартиры… сейчас я раскрою ей жабры, заберу их и нас спасу! – сбивчиво пыхтел он.
– Нет! Стой! – закричал Толик и бросился на соседа.
Высокая фигура в красном вечернем платье возникла перед ним плавно, уверенно, словно стояла за дверью и ждала команды выйти на сцену, на этот раз ее лицо было скрыто маской, но взгляд зеленых глаз, сверкавших из тьмы, парализовал Толю, он не мог пошевелиться. Ее губы приблизились к лицу Блендера и с них сорвалось отравленное дыхание. Ее тонкая рука с невероятной и спокойной силой оттеснила Толика к порогу, дверь захлопнулась. За ней были слышны глухие удары, сначала надрывные крики, а после булькающие стоны.
Но Блендер уже этого не слышал, яд, попав в рот, из розовой пыли конденсировал и стекал в его желудок, он чувствовал, что погружается во мрак, на автопилоте он зашел в свою комнату, отвернул крышку пузырька со спиртом и сделал полный глоток. Пищевод, легкие, а после и желудок обожгло и тут же вывернуло его содержимое наизнанку. Ему не хватало воздуха, глаза налились кровью и слезами, подавив приступ удушья он вспомнил все.
Тетю Валю надо было спасать. Не задумываясь о последствиях, Толя выбежал в коридор и с размаху врезался в грузную фигуру в плаще. Он молниеносно сообразил, что это был тот самый верзила из подъезда. Сделав шаг назад, он остолбенел. «Не показалось». На него смотрела сама тьма. Фигура возвышалась над ним, преграждая путь, но то ли алкоголь давал о себе знать, то ли первобытные инстинкты: «бей» и «беги», возомнили, что настал их звездный час, то ли слова тренера из юности пробудили в нем воина: «Если ты когда-нибудь вырубишь кого этим ударом – с тебя причитается!».
