Мало про кого из упомянутых колдунов можно было сказать, что они лишь только сказка, поведанная на ночь. И, небось, ни один из магов, облачённых в плащи белого, серого или чёрного цветов, и не предполагал, что на самом деле всё обстояло не совсем так. Тайные отрывки из древних запрещённых фолиантов и свитков смутно намекали, что маги Чёрного квадрата смогли бы встретиться с членами четвёртого, самого сильного, Радужного квадрата, наиталантливейшими из самых талантливых, которые в действительности управляли всеми событиям, но сами не вступали в игру, будучи где-то глубоко затаёнными, невидимыми и недоступными взорам образованных мудрецов и ревнивых конкурентов, Может быть, как раз в это время и происходила одна из таких тайных встреч в одном неприметном старом доме, у простого дубового стола с четырьмя обычными стульями…
— Шкатулка Армиды! Кто-то открыл шкатулку Армиды! — еще молодой рыжеволосый мужчина с остроконечной спутанной бородкой задыхался от переизбытка чувств.
— Да, это нам уже известно. Мы уже несколько лет подозревали, что она объявится. Теперь обрели уверенность, — откликнулась звучным голосом женщина с коричнево-жёлтыми волосами, заплетёнными сзади в элегантный узел.
Её звали Кинна, и она была целительницей, одной из наилучших. В её уютное обиталище в городишке Мегрелы, где она жила со своим братом, стекались люди с отдалённых окраин с просьбой о помощи. Никто из них, однако, не ведал, каким могуществом обладали она и её брат-близнец Далюс, которого знали только как спокойного, мягкого и приветливого управителя усадьбой своих предков.
— К счастью, тот человек, который её отворил, не смог сосредоточиться только на одном желании. Можете представить, что она с ним сделала… — и мужчина, чьё поразительное сходство с чародейкой Кинной бросалось в глаза, многозначительно умолк.
Женщина молча вздрогнула.
— Необходимо снова вернуться в Коринтию, — отрезал молодой человек. — Та вещь, небезопасная сама по себе, обладает своей собственной жизнью. И если ею злоупотребит некто из Чёрного квадрата…
— Этого не стоит опасаться — те даже не почуяли, что она снова вернулась. Но вы правы, необходимо эту шкатулку раздобыть! Ранее её открывал обычный простачок из глупого любопытства, не подозревая о её могуществе. В тот миг у него не было никаких сильных желаний, поэтому шкатулка не проявила всего своего могущества, и он решил распродать камни по одному, чтоб заработать больше, — прошептал четвёртый участник заседания — тощий лысый человек высокого роста, морщинистая кожа которого напоминала кожу стигийской мумии. — Проблема в том, как это сделать. Шкатулку нельзя безнаказанно украсть. Не получать же согласие нынешнего владельца, который отворял её последним. Как и уймы других мерзавцев перед ним. Это также относится и к нам. Заклятие Диона не может снять никто на свете.
— Шкатулку тайно тащит воришка из Махраабада вдоль Дороги королей. Сейчас они в дне пути от Шадизара, — вмешался в разговор Далиус.
— Нельзя, чтобы шкатулка попала в город. Там слишком много начинающих магов, безответственных колдунов и вельмож, рвущихся к могуществу и жаждущих власти. Там не утаить её сущность. А такая ценность разожжёт цепь насилия, деспотизма и кровопролития, — добавила Кинна сурово нахмурив брови.
— Думаю, у меня есть решение, — спокойно произнёс старец. — Я укажу вам его. — И, повернувшись к великолепному зеркалу на стене, он небрежным движением руки вызвал на его поверхности голубоватую светящуюся дымчатую мглу и тихо пробормотал:
— Реддум.
Стекло покрылось капельками воды, словно запотело. Какое-то время ничего не происходило, но когда крошечные капельки высохли, на глянцевой поверхности начало проступать объёмное и притягивающее трёхмерное изображение. Там что-то двигалось. Фигуры постепенно обретали чёткие контуры и цвета.
Перед четырьмя парами глаз предстали живые красочные образы. Мускулистый, молодой, черноволосый гигант с кинжалом в руке, замерший перед огромной пантерой. Могучий зверь и отважный неустрашимый охотник кружились в танце смерти над убитым оленем. В то время как большинство мужчин в таких случаях просто бежали — и, как правило, подвергались нападению пантеры со спины — юноша ловко уклонялся от бешеных атак хищника и выжидал случая нанести решающий удар. Его глаза пылали ледяным огнём воинственного восторга. Решимость и сосредоточенность проявлялись в каждом жесте и движении.
— Киммерийский варвар? Это немыслимо и несерьёзно, Первый! — воскликнул Неннус.
Старец, которого назвали «Первым», рассудительно покачал головой:
— Не суди так поспешно. В нём есть нечто больше, чем на первый взгляд кажется. У этого нецивилизованного дикаря имеются неукротимая воля к жизни и гордый дух, которые так просто ничто не сломит, а также честь воина. Он принесёт нам шкатулку Армиды.
— Он выглядит так, словно вообще ничего не знает ни о каких драгоценностях, — возразил с явным презрением Неннус.
