Арина проснулась резко от криков и толчков. Около нее стоял старший лейтенант из соседней роты. Он был совсем юн, лет девятнадцати. Кажется, его звали Елисей. Арина знала про него только то, что он был сыном какого-то военачальника из расположенной в соседней области части. Даже теперь, в военное время, было не принято, чтобы дети служили вместе с высокопоставленными родителями в одном месте. Но это не помешало дать этому прыщавому хлипкому и наглому юноше звание старшего лейтенанта буквально в течение пары месяцев после перевода его из другой части. Этому не помешала даже причина, по которой он был переведен в эту часть: очень уж конфликтный был парень.
Общения, а тем более конфликтов с ним, старался избегать весь мужской состав части. А женщины стремились не попадать ему лишний раз на глаза, поскольку он то и дело распускал руки: хватал за зады и пощипывал за сиськи. И если при Бейдере и Субботине он не позволял себе ничего эдакого, то после внезапного исчезновения генерала парень распоясался совсем. Поскольку ответственным за его шкуру был другой генерал, то, видимо, даже с возвращением всего руководства Елисей не пришел в себя и продолжал вести себя неадекватно.
Он встал на нижнюю койку, дотянулся до третьей, на которой спала Арина, и принялся трясти ее и лупить. Арина быстро пришла в себя и спрыгнула с койки, оттолкнув наглеца так, что тот чуть не свалился на пол. Внизу картина сделалась еще забавнее. Недалеко от кровати стояла группа девушек, которые прибыли вместе с сопровождающими президента. Они насмешливо и высокомерно смотрели на Арину, переговариваясь между собой.
В этот момент откуда-то снизу раздался вопль:
– Какого хрена ты тут, сука, валяешься? Солнце уже в зените, а она прохлаждается! Да я тебя под трибунал отдам!
– Под какой трибунал? Я с суточного дежурства!
– Заткнись, тварь, – кричал человечек.
Арина никак не могла понять, с какой стати этот молодой некрасивый и прыщавый юноша все время орет на нее. На его крик уже сбежались все, кто находился поблизости. С соседних кроватей слезли даже те, кто, как и Арина, спал после суточного дежурства, но до которых маленький человечек еще не успел дойти.
Человечек орал и все время размахивал ручками. И оттого, что он все время сжимал кулачки и даже как будто немного возбужденно подпрыгивал, он казался еще ниже, мельче и незначительнее, чем был на самом деле. Да и Аринин рост и атлетическое телосложение усугубляли ситуацию, делали ее еще более забавной.
Человечек кричал и прыгал, потом потихоньку начал делать попытки толкнуть Арину. Девушки, которые стояли позади него сначала хихикали, потом стали смеяться в голос. Человечек начал оборачиваться на них и с ужасом стал осознавать, что смеются они уже не над его издевательствами, а нам ним самим. В этот момент он не смог придумать ничего лучше, чем посмотреть куда-то левее от Арины и вскинуть руки в приветствии. Арина подумала, что появился кто-то из начальства и также начала оборачиваться. Человечек в этот момент ударил изо всех своих сил Арину по лицу. Он не знал, что, после событий на Галичьей Горе, Арина все время ожидала чего-то нехорошего в части и развила свою реакцию до максимума, поэтому еще до того, как удар достиг цели, Арина выставила в защиту локоть. А правильно выставленный локоть порой может не только погасить удар противника, но и способен сломать руку наносящего удар. Особенно, если его наносит не очень сильный и не очень умелый человек. Так и случилось. И хотя Арина все-таки пошатнулась и – от неожиданности и потому что удар по ней пришелся в полразворота, а также потому что она сама в этот момент была в движении, – больно ударилась головой, чуть выше уха, о каркас кровати. В следующий момент человечек истошно завопил, схватившись за свою правую руку, а потом от обиды попытался нанести удар – уже левой рукой.
Арина была очень зла. На плечо капала кровь из рассеченной о кровать головы. Арина секунду смотрела на потуги человечка, а потом ударила его наотмашь. Человечек перелетел через соседнюю койку и громко бухнулся на пол. Арина со скоростью змеи перелетела через ту же кровать и молча стала бить человечка. Только прибывшие на шум дневные дежурные по территории части смогли оттащить ее от переставшего сопротивляться противника. Арину отвели в карцер.
