– Да что ты там церемонии разводишь?! – возмутился Завьялов. – На бандюг мы нарвались, всего и делов-то! Бандюг и убийц! Труп у нас! Той самой девчонки, что Лере пакет оставила!
– Ну… это еще точно не известно, – огрызнулся Титов. – Мужик прямо об убийстве не говорил.
– Ага! Он криво сказал! «Шлепнули» – это нашему Женечке непонятно!
– Мало ли, кого там шлепнули! Там перед этим падало что-то, ни черта не разберешь, о чем разговор! Может, они о Светкином телике болтали.
Генка раздраженно скомандовал:
– Кончайте базар! Это теперь ничего не изменит! Убили – не убили, нашли, о чем спорить! Это бездоказательно. Пока. Тут о другом думать надо…
– О чем? – угрюмо буркнул Жека.
– О том, как коробку Иванову вернуть! Думаете, они его теперь в покое оставят? Фиг вам!
Они за эти брюлики нас всех замочат. По очереди. А если не нас, то уж Иванова точно достанут. В его доме товар пропал, не забывайте!
– Вернуть…
Света растерянно посмотрела на Генку:
– Но как? Мы же представления не имеем, где коробка!
– Может, Лерке повезет, – неуверенно пробормотал Генка. – С ней все-таки собаки. Если те конфеты на даче, они их из-под земли достанут!
Света вскочила с места и жалобно протянула:
– Ребята, а если все же в полицию?
– С чем?
Генка зло кивнул на раскуроченные диктофоны и флэшки к ним:
– С этим, что ли?! Да кто тебя слушать станет?! Мы сами-то с трудом разбираем текст.
– Еще неизвестно, поверят ли нам, – Гришка пнул прокушенный собаками мячик.
Титов мрачно изрек:
– А если у этой банды там кто-то из своих есть – нам хана!
– К тому же, – торопливо добавила Наташа, – у нас действительно никаких доказательств. Вот если бы мы их на видео сумели заснять! Ну, когда они в твою квартиру залезли…
– Глупости, – оборвал ее Генка. – Мы представления не имеем, куда сунулись! И как велика банда. Пока эту парочку, что мы засняли бы, в полиции за ограбления трясли, остальные бы за нас принялись. И кстати, неизвестно еще, правда ли то, что на флешке. Они запросто могли нам и лапшу на уши навесить.
– Зачем?! – изумленно воскликнула Наташа.
– А так, на всякий случай. Когда такими вещами занимаешься, прослушку исключать нельзя, сами понимаете.
– Ты хочешь сказать, – оскорбленный Жека потряс перед Генкиным носом жучком, – что все это липа?!
– А у тебя есть доказательства, что нет?
– Но… они не могли знать о жучках!
– Титов! Прочисть извилины – запылились уже! Мы пока почти, – понимаешь? почти! – уверены в одном: они действительно ищут коробку. А вот что в ней… Может, вообще шпионские сведения!
Жека вытаращил глаза и выразительно покрутил пальцем у виска. Наташа со Светланой озабоченно переглянулись. Гришка заинтересованно уставился на друга. Гена разозлился:
– А может, наркота! Болтали же специально! Чтобы с толку сбить! Ну представьте себе: мы топаем в полицию и заявляем, что моя сестра стащила с Танькиного дня рождения коробку конфет! Детский сад, не так, что ли?!
Гена с ожесточением сплюнул прямо на пол:
– А потом для пущего эффекта добавляем: мол, подозреваем – в ней были запрятаны южноафриканские брильянты! Это в шоколадных конфетах, которые какая-то девушка передала абсолютно незнакомому человеку! А в доказательство мы предъявим эти записи. Где кроме грохота почти ничего не слышно! Норм?! Да нас сразу же в психушку отправят! Мало у них работы, чтобы еще со всякими шизиками возиться!
Гена обвел взглядом опешивших от его импульсивных воплей одноклассников.
– Вы только вслушайтесь: коробку с южноафриканскими брильянтами вручают просто так! За красивые глазки! Да еще незнакомой девчонке! На руках никаких доказательств, кроме дефектной записи с неизвестно чьими голосами! И кучка озабоченных подростков лезет с этим дерьмом в полицию!
В комнате повисла напряженная тишина. Женька Титов демонстративно начал распихивать по карманам свою технику. Наташа подошла к окну. Гришка пожал плечами.
– Значит, будем ждать Леру? – вздохнула Светлана и посмотрела на часы: почти половина восьмого.
– А что нам остается?! – злющий Жека запрятал наконец свои диктофоны. – В Генкином изложении, мы – кретины! И вся эта история – чистейший бред!
Гришка хмыкнул, кивнул на телефон и спросил Гену:
– Может, Таньке звякнешь? Вдруг у нее что изменилось?
– Потом. Когда наши с дачи вернутся. Мало ли…
Как раз в эти мгновения на недавно приобретенной семьей Коваленко даче развертывался последний акт душераздирающей – куда там Шекспиру! – трагедии. А вот почему лишь вечером…
Дело в том, что и Лера, и собаки, вымотанные утренней внеплановой нервотрепкой и ранней побудкой, бодрствующими продержались в машине минут пять. Потом незаметно задремали. Тем более в полном Лерином распоряжении оказалось заднее сиденье. Собаки пристроились внизу, а Ванькина клетка была удобно поставлена у девочки в ногах. Всю компанию замечательно укачало, и по приезде на место никто просыпаться не пожелал. Лера даже не соизволила приоткрыть глаза, когда отец переносил ее в одну из восстановленных спален на втором этаже.
