Или Церковь должна будет открыто признать этот закон «сансары» в Учении Христа, или такого «Христа» следует «стащить» с того духовного пьедестала, на который его вознесла Церковь. Но в этом случае от назарея-Христа уже ничего не останется: останется только юродивый иудей-Машиах, плачевная человеческая судьба которого бесспорно заслуживает всяческого сострадания, но не более того. Как Учитель спасения такой человек, выражаясь мандейским языком, уже «не соль» – она уже «ни на что не годна, и ее следует выбросить вон».
Да, Иисус налагал строгий запрет на прелюбодеяние. Но это свидетельствует только о том, что по Его знанию мужчина и женщина равны, как отдельные сотворенные Богом Яхве «особи» (мужчину и женщину сотворил именно Яхве, а Элохим – «мужское и женское» в едином Адаме Шестоднева). По представлениям Христа полноправное имя «человек» – это только на двоих, и только мужское-женское «в пропорции 1:1» в состоянии обеспечить такому общему человеку спасение. И именно это будет означать окончательный уход этой бывшей «связанной» земной пары из нашего «мира-инкубатора». И именно такая «пропорция» – один мужчина, одна женщина – это единственный способ «войти в Царствие» не только для женщины, но и для самого мужчины. Сексуальное единение между мужчиной и женщиной – это высший духовный акт, а «оплодотворение» является только «вторичным признаком» такой происшедшей невидимой связи между ними. Поэтому девственность – это для «браков» святое.
Как пишет в своей книге Е. С. Дровер (там же, стр. 248), в мандейских текстах («Гинза» и «Книга Иоанна») Иисус «представлен как извративший учение назареев». Из этого логически вытекает, что Он, по мнению мандеев, был не только потомственным мандейским священником, но и знал тайное учение назируты, т. е. был назареем. Как показал в своих лингвистических исследованиях Р. Мацух (там же, стр. 47), «имя назарей, присвоенное Иисусу (в евангельском тексте – Г. Б.), не может быть возведено ни к имени “Назарет”, то есть к названию города Иисуса (Матф. 2.23), ни к имени neser – “побег, росток, отпрыск, потомок” (Jesaja II, 1), на которые ссылается евангелист». А значит, автор Евангелия прекрасно знал, что Иисус – это не иудей, а пришедший от назареев Учитель, но все же немного слукавил, создавая свое «художественное произведение» для евреев. Если мы уподобим количество мандейских аллюзий, которые присутствуют в евангельском тексте, «дыркам в сыре», а весь остальной канонический текст – самому «сыру», в таком случае «сыра» не останется вовсе: весь евангельский текст превратится в одну «большую мандейскую дырку». За исключением, конечно, цитат из еврейского Писания: к тем главным цитатам, которые идут от самого Иисуса, автор-иудей добавил немало своих.
Евангельский Иисус проповедует древний мандейский путь спасения. С той только разницей, что Он, во-первых, полностью исключает возможность прелюбодеяния супругов (никаких «трех жен», как это допускалось для мандейских ганзибр, высших священников; от мандеев это разрешенное количество жен, судя по всему, перешло в ислам). А следовательно, Он считает, что половой акт дан человеку не только для того, чтобы произвести на свет потомство, как у животных. Хотя, такое потомство у мандеев всегда было и есть в почете, а дети для Христа – это пример прихода Царства в человеческое сердце. И, во-вторых, Иисус отказывается от формализма и строгости соблюдения мандейских религиозных обрядов (аналог китайскому Ли), считая, что главным условием спасения человека является не богослужение, а самопреобразование внутреннего мира человека (как и у Конфуция) и фактическое «слепление воедино» («связь», в том числе сексуальная) земных мужа и жены в прообраз единого андрогенного мандейского Адама (его иудейский «клон» – это Адам Шестоднева из иудейской Книги Бытие).
Без такого участия женского начала никакое подлинное спасение (окончательное, т. е. не райское) для мужчины невозможно, потому что Дух – это «женщина», а не «мужчина». Из «мира Тьмы» можно спастись только в том случае, если использовать те «базовые инструменты», которые действуют в этом «мире Тьмы». Именно на этой гендерной основе Духа зиждется то подлинное спасение, которое заявлено в Евангелиях. Другого вида «абсолютного» спасения человечество никогда не знало.
