– Слушайте ее больше, – махнула рукой Таисия Игнатьевна, нисколько не смущаясь присутствия Кречетова и Савицкой, добавила, – очень невоспитанная девочка.
Дарья Валентиновна Сазонова, растекшаяся по стулу, с неприязнью взглянула на гостью.
«Явилась, – подумала она. – Прямо ястреб какой-то. Чуть зазеваешься, она уже тут как тут».
Хмуро посмотрев на Сапфирову, она грубовато поинтересовалась:
– А вы случайно не ошиблись дверью, Таисия Игнатьевна?
– Я принесла Александру Ивановичу книжку, которую он дал мне почитать, – с достоинством ответила Сапфирова.
– Правда? – скептически усмехнулась Сазонова. – А я думала, что вы заметили следователя, зашедшего к нам.
– Вы ошиблись, – вежливо ответила Сапфирова, а про себя отметила: «Очень опрометчиво поступает, после того как ее уличили в краже, ей бы надо сидеть тише воды, ниже травы, а она еще хамит».
Вслух же Таисия Игнатьевна поинтересовалась:
– А где Александр Иванович?
– Я здесь, – раздался голос Сорокина, появившегося из соседней комнаты, как чертик из табакерки.
– Вы, как всегда, рядом, – рассмеялась Сапфирова. – Вот ваша книжка, держите.
В руках у Сапфировой была «Битва железных канцлеров» Пикуля.
– Понравилось? – спросил Сорокин Таисию Игнатьевну, беря книжку.
– Очень, благодарю вас.
Манюня, уже допивавшая молоко, вдруг фыркнула и ни с того ни с сего заявила:
– И чего вас тут столько собралось? Идите погуляйте. Меньше народу, – больше кислороду.
Кречетов покраснел, как рак, а Савицкая побелела, как мел. Манюня, между тем, вытерла губы, встала и, громко рыгнув на прощание, величественно покинула комнату.
Попов еще несколько минут находился под впечатлением увиденного и услышанного. Немного придя в себя, он попросил уделить ему некоторое время.
– Мы слушаем вас, – ответил за всех Кречетов.
– Скажите, Павел Ильич, где вы были в воскресенье 22 июля? – задал первый вопрос Попов.
– Ловил рыбу на реке.
– Как долго?
– Почти целый день.
– Кто-нибудь может это подтвердить?
– Симагин и Чесноков.
– Вы видели в воскресенье следователя Макушкина?
– Нет, не видел.
– А что делали вы? – обратился Попов к Савицкой.
– Я ходила в лес с Сашей и Машей.
– Это кто такие? – уточнил Попов.
– Маша, мы зовем ее Манюней, моя дочь, а Саша – это Сорокин. Он сейчас здесь.
– Это я, – подал голос Сорокин.
– Манюню вы только что видели, – сказала Таисия Игнатьевна.
Попов не возражал против ее присутствия. Он был достаточно умен, чтобы понимать, что она может помочь в расследовании. На свои силы он не очень-то надеялся.
– Долго вы ходили по лесу? – спросил Попов.
– Примерно с часу до трех, – последовал ответ.
– У вас собой были грибные ножи?
– Конечно, – удивилась вопросу Савицкая. – Что же нам грибы пальцем резать?
– Вы не видели в лесу Еремея Галактионовича Макушкина?
– Нет, – ответила Савицкая.
– А вы, Александр?
– Иванович, – очаровательно улыбаясь подсказал Сорокин. – Я тоже не видел следователя.
– Вы все два часа были вместе?
– Не совсем, – ответила Савицкая. – Где-то в третьем часу мы потеряли друг друга из виду. Сначала Манюня куда-то делась, я пошла ее искать, а когда нашла, не могла докричаться Сашу.
– Я тоже пошел искать Манюню, – сказал Сорокин, – но нашел только Дениса Семеновича Сазонова.
– Когда это было? – спросил Попов.
– Я не захватил часов, – развел руками Сорокин, – думаю, где-то в половине третьего.
– А его жену вы видели?
– Нет, – покачал головой Сорокин. – Он был один.
– Могу я видеть Дениса Семеновича? – поинтересовался Попов.
– Конечно, – кивнул Кречетов, – я его сейчас позову.
Через несколько минут он вернулся с Сазоновым. Следователь представился и спросил:
– Скажите вы ходили в лес 22 июля?
– Ходил, – кивнул Денис Семенович.
– Один?
– Нет, с женой.
– Долго вы ходили?
– Часа два. Где-то с часу до трех.
– Много набрали?
– Сущую ерунду, – расстроено проговорил Сазонов.
– У вас были с собой грибные ножи?
– Дались вам эти ножи, – буркнула Дарья Валентиновна.
– Не шуми, Дарья, – остановил жену Сазонов. – Мне не трудно ответить. У нас был один нож на двоих.
– Вы все время были вместе?
Сазонов замялся, потом взглянув на Сорокина, решил ответить честно.
– Нет, Дарья ушла домой. Ей надоело ходить с пустой корзиной.
– А у кого остался нож?
– У меня.
– Так-так… Когда вы встретили Александра Ивановича Сорокина?
– Было что-то около трех.
«По словам Морозовой, она услышала крик без двадцати три, – пронеслось в голове у Попова. – Жалко, что у Авдеевой не было часов и она не может подтвердить это».
– Ясно, – кивнул Попов. – Что вы делали потом?
– Вместе с Александром Ивановичем вернулись домой.
– А вы не видели случайно следователя Макушкина? – на всякий случай спросил Попов, не надеясь на положительный ответ.
– Видел, – спокойно ответил Сазонов.
– Когда? – жадно спросил Попов.
– Часа в два, – сказал Сазонов.
– Верно? – повернулся он к Дарье Валентиновне.
– В два часа три минуты, – пробасила Дарья Валентиновна.
– А почему вы так точно запомнили время?
– Я хотела успеть домой, посмотреть кино, – объяснила Сазонова.
– Так-так. Ну что ж, думаю, это все, – заключил Попов, поднимаясь.
