Вопреки широко распространённому в России мнению о низком качестве выучки британских войск, англичан трудно назвать плохими солдатами. Беда их армии в том, что ей руководят некомпетентные генералы, а офицеры покупают свои чины и должности за деньги. Ко всему этому можно добавить дурное снабжение и жестокие наказания для провинившихся. Но положа руку на сердце, нам ли их в этом упрекать?
На самом деле, островитяне имеют достаточно храбрости и стойкости, чтобы противостоять любому противнику. Они хорошо обучены и вооружены, а также свято уверены в своем предназначении нести цивилизацию отсталым народам. А сейчас еще и разозлены …
Тем временем выехавший на передовые позиции вместе со своим штабом генерал Липранди оценил сложившуюся обстановку и приказал ввести в бой кавалерию.
– Может, стоит дождаться помощи от десанта? – с тревогой посмотрел на него начальник штаба IV корпуса генерал Мортенау. – Неровен час, Канробер пойдет в контратаку, а мы без резервов…
– Уж это, Карл Алексеевич, вряд ли, – покачал головой командующий. – Слышите отдаленную канонаду? Это его высочество в Камышовой бухте «развлекаться» изволит. Нет уж, мосье Канроберу теперь точно не до нас. Что же касается десанта, то нашим морякам до Балаклавы еще надобно дойти, а потом высадиться. Положа руку на сердце, многого я от сей диверсии не жду. Получится неприятельские склады разорить – уже хорошо. Смогут ударить британцам в тыл – совсем прекрасно. Но основную тяжесть сражения придется нам выдержать, тут уж ничего не попишешь!
– А Боске?
– Найдем чем встретить.
Первоначальный план предполагал, что Киевский гусарский полк, во главе которого неожиданно для многих оказался великий князь Николай Николаевич, будет занят на второстепенном участке, блокируя турецкие части Сулейман-паши. Однако в последний момент эту задачу перепоручили успевшим вернуться из набега на Евпаторию казакам полковника Тацыны, а гусар оставили в распоряжении Липранди, в связи с чем «Лейхтенбергские», как их еще называли, гусары вернулись в кавалерийскую бригаду Рыжова.
И именно ее сейчас послали в образовавшийся во вражеской линии обороны пролом. Отданный генерал-лейтенанту Ивану Ивановичу Рыжову приказ был прост. Прорваться сквозь вражеские порядки и разгромить британский артиллерийский парк. Правда, вскоре выяснилось, что разведчики ошиблись и приняли за парк палаточный городок одного из английских полков. И вот на этот совершенно разоренный ураганом бивуак и обрушились оба гусарских полка.
Впоследствии, один из участников сражения, поляк по происхождению – Яблоньский, писал, что, если бы английский лагерь оказался цел, русские солдаты, несомненно, бросились бы его грабить, совершенно забыв о воинском долге и дисциплине. Трудно сказать, имеют ли его слова под собой хоть какую-то основу, но в любом случае, брать там действительно было нечего.
Но стоило копытам русской кавалерии втоптать в снег остатки вражеских палаток, как из-за ближайшего косогора к ним выехал противник. Это была Тяжелая кавалерийская бригада генерала Скарлетта. Четыре гвардейских драгунских полка двух эскадронного состава. Причем, и для русских, и для англичан эта встреча стала полной неожиданностью.
Первым побуждением Рыжова, было отвести своих людей назад, чтобы выровнять ряды, возможно даже подтянуть приданный ему Уральский казачий полк и лишь после этого атаковать. Но, как я уже говорил, Киевскими гусарами командовал великий князь Николай и это был первый настоящий бой в его карьере. Увидев перед собой противника, он не стал ждать, пока тот придет в себя и, выхватив саблю, ринулся вперед.
Ни русские, ни англичане не имели времени толком выстроиться, однако у гусар было не менее тысячи сабель, а у их противников никак не более семисот. Поэтому вскоре одетые в серые шинели всадники начали теснить своих противников в ярко-красных мундирах, блестящих шлемах или лохматых шапках. К тому же Рыжов, мгновенно сообразивший, что формально находящийся под его началом великий князь имеет все шансы напороться в горячке боя на острую сталь, после чего карьера всех причастных к подобному безобразию очень скоро закончится. И хорошо если просто отставкой.
Поэтому, не раздумывая послал на помощь высокопоставленному подчиненному сначала ингерманландцев, а затем уральцев, и вообще всех, кто только оказался у него под рукой. В результате, британскую кавалерию буквально захлестнула волна русской конницы.
Скачущий в первых рядах Николай, наверное, впервые в своей жизни оказался по-настоящему счастлив. Кровь молодого человека бурлила, душа пела, а руки жаждали действия. Не подозревая, что бок о бок с ним сражаются лучшие фехтовальщики полка, он рвался в бой, но никак не мог найти себе противника. Наконец перед ним оказались двое – пожилой пышноусый джентльмен в синем пальто и черном шлеме, и защищавший его молодой офицер в блестящей каске.
