Прежде чем раздался щелчок переброса линии, секретарша демонстративно и нагло вздохнула, будто Остин отвлек ее от каких-то безумно важных дел. Впрочем, совсем скоро из трубки донесся твердый мужской голос:
– Нельсон на связи.
– Здравствуйте. Меня зовут Остин Мэтьюз. Я генеральный директор «КомПрода».
– Чем могу помочь? – по-деловому осведомился мужчина.
– «КомПрод» активно сотрудничает с «Белл», и я очень тесно сотрудничал с Морганом Брандтом…
– Брандт здесь больше не работает.
– Мне только что сообщили об этом.
– Он был заменен в рамках второго этапа реструктуризации.
– Я разговаривал с ним всего пару недель назад.
– Он согласился на это еще в январе, когда план только-только начал осуществляться. – Нельсон тяжело вздохнул, ему явно надоел этот разговор. – Послушайте, мистер, у меня нет времени на досужие разговоры. Есть ли еще какая-то причина для вашего звонка?
Мэтьюз намеревался вытянуть из Брандта какую-нибудь правдивую информацию о «БФГ», но было совершенно ясно, что с этим парнем у него ничего не получится, поэтому он спросил:
– А можно узнать номер домашнего или мобильного телефона Моргана? Мы с ним давние друзья, и я хотел бы…
– Если бы вы были друзьями, у вас уже был бы его номер. И вы бы знали, что он здесь больше не работает. Всего хорошего.
На том звонок и завершился.
Мэтьюз медленно повесил трубку. Брандт подписал собственное увольнение? Как это произошло? Не двигался ли он сам в том же направлении, соглашаясь с дополнительными указами, издаваемыми Патовым от своего имени?
Он посмотрел на повязку на тыльной стороне руки.
Ну что, пора сдаваться?
Нет. Пока что – нет. Если Брандт сдался, это его дело.
Хочешь пережить это – твердо стой на ногах. Лучись авторитетом.
Дверь его кабинета вдруг распахнулась и ударилась о стенку с таким резким звуком, что Остин подпрыгнул. Патов ворвался в комнату – его обычно спокойное лицо исказилось от ярости. Позади него Мэтьюз увидел обезумевшую Диану, с тревогой размахивающую руками. Пинком консультант вернул дверь на место.
– Дженни Янг из бухгалтерии только что уволилась! Скатертью дорожка! Чтоб этой мелкой сучке пусто было!
Мэтьюз не знал, как реагировать и ожидали ли от него вообще ответа. Он даже понятия не имел о том, что именно произошло.
Консультант стал мерить офис возбужденными шагами.
– Я, конечно, и сам хотел ее вышвырнуть, но она должна была уйти не так. Целая уйма работы насмарку из-за этой косоглазой шлюхи!
Он разговаривал сам с собой? Казалось, да; но в то же время он обращался к Мэтьюзу, поэтому трудно было сказать, кому именно адресована обличительная речь.
Патов с силой вмазал ладонью по столу, заставив Мэтьюза подпрыгнуть.
– Собрание! Созываем собрание!
Мэтьюз медленно и осторожно отодвинул свой стул от стола и от консультанта.
– Хорошо, – произнес он примирительно. – С кем ты хочешь встретиться?
– С тобой! Ты, я – встреча! – Патов на мгновение замер, сложив руки под подбородком и опустив голову. – Дорогой Ральф, благослови эту встречу. Аминь. – Сказав это, он снова вскочил и прямо-таки затанцевал на месте. – Остин, что не так с твоими людьми? Они уже вконец совесть потеряли!
– Люди постоянно увольняются – приходят и уходят…
– НИКТО не уйдет, пока Я НЕ СКАЖУ! – проорал консультант, закатив глаза. – Никто – пока мы этого не восхотим! – Он перевел дыхание, взял паузу. – Компания – это машина. Все тонко сбалансировано, все имеет определенную функцию, и когда вносятся изменения, их нужно делать настолько осторожно, хирургически, чтобы настройка стала чуть изящнее, тоньше. У нас есть план. И этому плану нужно следовать! – Для большей выразительности он ударил сжатым правым кулаком по открытой левой ладони. – Мы не можем позволить, чтобы все было сорвано какой-то пустоголовой бухгалтершей!
Мэтьюз не сводил глаз с мужчины. Он не понимал причину тряски консультанта, но был рад видеть его в таком состоянии. Патов всегда казался настолько невозмутимым, до того чутко контролирующим ситуацию, что было приятно наблюдать, как он лезет на стену из-за незначительной накладки.
«У нас есть план, и ему нужно следовать».
Что-то в этой фразе было джеймсбондовское, суперзлодейское.
Но из уст Патова она не звучала потешно.
– Дела идут хорошо, – заговорил консультант сбивчиво. – Не только здесь, но и везде. Предприятия становятся более эффективными, производя больше – с меньшими затратами. Экономика восстанавливается, и даже не нужно нанимать людей, тратить деньги на них… Они остаются худыми и злыми, увеличивая прибыль, но не фонды заработной платы. Это часть общей стратегии, и мы над ней работаем уже долгое время. Как думаешь, почему мы придумали электронную почту? Почему мы изобрели смартфоны?
– Кто такие «мы»? – спросил Мэтьюз, нахмурившись.
Патов не ответил, просто продолжая говорить:
