— Нет, делать будете вы. Как хотите, так и делайте. Но это не значит, что некоторые люди не могут думать по-другому. Я вам высказываю одну из точек зрения. Если вам это не интересно, то я и приезжать не буду. Я найду, где заработать.
— Не будем горячиться — "разнял" нас Сталин.
— Поймите, революции не происходят внутри страны, они приходят только извне. Так что делать революцию в России, никто заинтересован не был. Её бы и не было, пока за это дело не взялись немцы — перевожу дух, делая глоток остывшего кофе. — Зато в результате прусско-французской войны 1870–1871 годов образовывается Германская империя. В Европе плотно укрепляется династия Габсбургов, и начинает играть ведущую роль. Вот тут-то в Париже и происходит в 1871 году создания вашего интернационала на деньги Ротшильдов и других англичан и некоторых французов. Потом происходит мировая война, где всегда образуются всякие разные… политические течения.
— Что за ерунду ты тут нам рассказываешь? — Будённый.
— Увы, Семён Михайлович это вы думаете на год, два вперёд. Максимум пять. А англосаксы думают и делают свою политику на столетия вперёд. И если вы не разберётесь в прошлом… то и будущего у вас не будет. Во всяком случае, не то, что вы хотите построить — делаю грустную улыбку.
— Продолжай — Сталин. Наконец он раскурил свою трубку и с видимым удовольствием затянулся.
— Как вы знаете, все ваши товарищи-интернационалисты совсем не желали жить в России. Не зря же вы избрали знак союза русского плуга и немецкого молота[54]. А хотели все интернационалисты жить и управлять из Берлина… но кто же им даст? — улыбаюсь.
— Коба, ты ему веришь? — немного растерянный Будённый обратился к Сталину.
— Нет. Но послушаем… хорошо рассказывает — сделал взмах трубкой Сталин.
— Немцы тоже оказались не дураки. Видят, что война затягивается. По их планам Франция должна была пасть за 2–3 месяца. Вот и решили повторить опыт англичан. Собрали всех революционеров и перекинули их в Россию… чтобы быстро покончить с Францией. Вас же Ленин приехал в немецком вагоне или нет? Ну, а чтобы было веселее "делать революцию", подогнали и две тонны наркотиков. В основном кокаина. Как там он у вас назывался "балтийский чай"? Серийно кокс производился на немецких заводах, как впрочем, и сейчас. Хотя тут и виновато царское правительство России объявившее "сухой" закон с началом войны и присадившее на наркотики население страны[55].
— Ты что болтаешь… белогвардейская сволочь — не выдержал и наставил на меня пистолет Будённый.
— Ну почему же… Во Франции сейчас много живых свидетелей, как матросы в семнадцатом под коксом выводили из трамваев людей и расстреливали, у кого не было мозолей на руках. Господин Будённый, не уже ли вы думаете, я боюсь смерти, раз с вами сотрудничаю и это вам говорю? Я же не ребенок и отдаю отчёт… что рассказываю — вздыхаю. Как же с ними тяжело.
— Тогда зачем вы нас провоцируете? — Сталин.
— Это не провокация. А растолковывай вам процессов происходящих накануне второй новой большой войны в мире, которые вы не очень понимаете — смотрю спокойно на Будённого. Если я, возможно, успею отклониться от пули Будённого, то с другого боку сидит Сталин. И тут я вряд ли успею.
— Чего он добивается? — обратился Будённый к Сталину.
— Так чего? — хитро так прищурился Сталин и уставился на меня.
— Ладно… давайте отложим разговор на эту тему. А чтобы вы мне поверили и поняли что всё намного сложнее, чем вы себе можете представить, возьмите и проверьте своего Петерса. Я привез ссылку на американскую журналистку Бесси Битти, где она брала у него интервью. Он признает себя сыном "серого барона". В Англии женится на дочери британского банкира, всего-то — делаю жест рукой — а в 1917 году приезжает в Россию. И вы, Семён Михайлович, верите, что он работает в интересах вашего СССР и ваших "трудящихся"?
— Коба… это что так? Теперь я понимаю, почему Клим не захотел его видеть. Да он способен обосрать всех — изумился Будённый и опустил пистолет.
Я внутренне перевёл дух. Если более спокойный Будённый так реагирует, то нервный Ворошилов в меня бы уже точно выстрелил. Надо на такие "скользкие" темы только со Сталиным разговаривать.
Возникла неловкая пауза. Сталин что-то стал рассматривать во мне, явно не решаясь принять какое-то решение.
— Хорошо. Отложим разговор, до проверки информацию. И лучше бы Сакис для вас, чтобы она подтвердилась. Вы привезли, о чём мы раньше договаривались? — потом медленно произнёс Сталин.
— Мне надо взять бумаги из портфеля, там список — отвечаю.
— Позови Юсиса — кивает Сталин Будённому.
В сопровождении Юсиса спокойно иду в свою спальную комнату, где сложены все мои вещи. Там беру одну из папок в чемодане и иду в гостиную. Передаю её Сталину, который её внимательно изучает. К документам прилагается мой перевод на русском.
— Значит, вы заказали дополнительно электродвигатели и токарные станки по 3,5 тысяч долларов за штуку? — посмотрев внимательно документы на фабрику Сталин.
