— Здесь совершенно дикая местность, — напомнил я.
— И именно поэтому мы здесь, — усмехнулся Тиртай.
— Здесь затевается некое тайное предприятие, некий проект, — констатировал я.
— Это очевидно, — согласился он.
В попытке выпустить пар, сбросить накопившееся раздражение, я сердито ударил топором по стволу дерева ещё три раза. Затем я встал с ним лицом к лицу и прямо спросил:
— Что это за предприятие, что за проект?
— Я знаю немногим больше твоего, — сказал Тиртай.
— Но всё же больше, — настаивал я.
— Да, — не стал отрицать он.
— Вы занимаете достаточно высокое положение, — заявил я. — Кого попало не допустили бы в павильон Лорда Окимото.
Мой наниматель только пожал плечами.
— Вы были известной личностью в Брундизиуме, — добавил я. — И Вы были глубоко вовлечены в набор пополнения. Судя по всему, люди вас опасались. Кроме того, именно Вы наняли меня.
— За два золотых статерия, — улыбнулся он.
— Не слишком ли высокая оплата за работу на лесоповале? — поинтересовался я.
— Уверен, — хмыкнул Тиртай, — эти статерии не окажутся плохой инвестицией.
— Но я так и не получил ничего больше, — заметил я.
— Как и все остальные, — сказал он, — пока ещё.
— И где же обещанные богатство, серебро, драгоценности, женщины, золото? — осведомился я.
— Не здесь, — развёл он руками.
— И где же? — не отставал я от него.
— В другом месте, — неопределённо ответил он.
— А яснее сказать нельзя? — спросил я.
Мужчина отошёл в сторону.
— Поберегись! — крикнул я, предупреждая окружающих.
Ещё четыре удара, и с оглушительным треском расщепляющейся древесины и рвущихся волокон, проламывая себе дорогу среди переплетённых ветвей леса, дерево рухнуло, ударившись о землю, высоко подбросив комель, наполовину утонув в облаке поднятой пыли и мельтешащих листьев.
— Вы приняли меня на работу, — напомнил я Тиртаю.
— Я решил, что Ты можешь оказаться полезным, — пожал он плечами.
— В чём я мог бы быть полезнее любого другого? — полюбопытствовал я.
— У тебя есть определённые навыки, — намекнул Тиртай.
— Найдётся много тех, кто мог бы исполнить песню стали лучше меня, — заметил я.
— Не думаю, что так уж много, — не согласился со мной он. — Я мог бы, Тэрл Кабот, командующий тарновой кавалерией, и, несомненно, несколько других, но не столь многие, как Ты тут прибедняешься.
Мне мало что было известно о тарновой кавалерии, разве что то, что она была сформирована и всё ещё находилась в стадии обучения неподалёку от тарнового лагеря. Мне казалось, что тарны были бы полезны для патрулирования реки, но, конечно, не кавалерия такого масштаба.
— Два статерия золотом, — хмыкнул я, — слишком высокая цена за один меч.
— Согласен, — кивнул Тиртай.
— Следовательно, — констатировал я, — в это вовлечено нечто большее.
— Разумеется, — признал он.
— За всё время, что мы здесь, это — первый раз, — сказал я, — когда Вы сочли целесообразным разыскать меня.
— Я не забыл о тебе, — усмехнулся мужчина.
— Так что же должны были купить, заплаченные мне деньги? — спросил я.
— Острый глаз, быструю руку, конечно, — ответил он.
— Но и что-то большее, — добавил я.
— Конечно, — не стал отрицать мой собеседник.
— И моя каста имеет некоторое отношение к этим вопросам, — предположил я.
— Твоя, и возможно касты некоторых других, — намекнул он.
— Я — простой Торговец, — сказал я.
— Работорговец, — оправил меня Тиртай.
— Торговец, — настаивал я.
— Полагаю, — хмыкнул он, — это просто вопрос товаров того или иного вида, с которым можно иметь дело.
— Конечно, — согласился я.
— Однако, — продолжил Тиртай, — рискну предположить, что добыча некоторых товаров является более рискованным предприятием, по сравнению приобретением других, и что приобретать, и особенно, обрабатывать, владеть, командовать, дрессировать и продавать некоторые товары более приятно, чем другие.
— Несомненно, — не мог не согласиться я.
— Нетрудно предположить, что от представителей такой касты можно было бы ожидать храбрость и, возможно, готовность, при определённых условиях, пойти на риск, и возможно, серьёзный риск, если в поле зрения появляется цель, способная оправдать принятие такого риска. Многие предполагают, что представитель такой касты должен уметь планировать и выполнять планы, или, если это покажется рациональным, отступить от плана, или даже внезапно изменить или отменить свои планы, и даже уйти, чтобы запланировать снова. Такой человек должен быть не только смелым, но и тонким и проницательным, умеющим понять ценность уловки, удивления, терпения, осмотрительности, умения хранить тайну.
— Возможно, вам стоило бы поговорить со мной более откровенно, — намекнул я.
— Вполне возможно, я здесь именно для этого, — улыбнулся Тиртай.
— Ну так, говорите, — предложил я.
— Мы ожидаем верности, — предупредил он.
— Мы? — переспросил я.
— Да, — кивнул мой наниматель.
— Я взял оплату, — напомнил я.
— И что как не золото является лучшим гарантом преданности?
— Как правило, — осторожно согласился я.
— И очень многого другого, — добавил Тиртай.
— Часто, — поддержал я.
