Аделаида миновала столовую, через небольшую дверцу прошла в свою часть особнякаи, проследовав по длинному темному коридору, оказалась напротив тяжелой двери в библиотеку. Дверь, как и обещал Кай, была заперта. Аделаида тихонько постучала. Послышались громкие шаги, и Юнуши открыла дверь. В свете нескольких свечей лицо гномки показалось Аделаиде необычайно хмурым и серьезным. Но тут же Юнуши, виновато взглянув разок ей в глаза, снова направилась к столу, занимавшему четверть комнатушки. Аделаида вошла, прикрыв за собой дверь, и, не говоря ни слова, уставилась на гномку и на стол, заваленный исписанными рунами бумагами.
Юнуши была в возбужденном состоянии.
— Ваша Светлость. Простите, что, возможно, отвлекла Вас от важного дела, но нам надо поговорить, — выпалила она, начиная перебирать бумаги.
— Конечно, Ваша Милость, — услышав это, Юнуши оторвалась от стола, с упреком посмотрев на Аделаиду, сказала, что уловила намек, и предложила обращаться друг к другу по именам.
— Прости, позаимствовала у тебя несколько листов, чернилаи твою библиотеку. Просто лучше всего думается среди книг и пыльных высоких шкафов, — сказала Юнуши, и Аделаида про себя признала, что за годы владения этим прекрасным, хоть и небольшим особняком в самом центре городаизрядно запустила его, уделяя внимание лишь нескольким спальням и столовой.
— Взгляни-ка на это, — гномка пригласила Аделаиду просмотреть ее беглые многочисленные наброски, продолжая раскладывать бумаги в каком-то своем порядке.
— Вот тут, читай… Просто удивительно, как я раньше всего этого не видела.
Аделаида бросила беглый взгляд на символы, в которые Юнуши ткнула указательным пальцем, но тут же вслух заметила, что не знакома с гномьими рунами.
Тут гномка подняла на Аделаиду недоверчивый взгляд, но, убедившись, что над ней не издеваются, уточнила, что это темно-эльфийские руны.
— Тут в гильдии эти символы повсюду, почти все книги в библиотеке написаны рунами темных эльфов.
Аделаида, пожав плечами, невинно заметила, что и с ними не знакома.
— Я больше использовала библиотеку для того, чтобы побыть наедине со своими мыслями, — пояснила она, осматривая темное пыльное помещение, до отказа забитое переполненными книжными шкафами.
— Хм, — задумалась Юнуши, — похоже, я пропустила что-то важное из твоего утреннего рассказа… — смущенно отозвалась онаи тут же начала тыкать пальцем в руны и пояснять, что там написано.
— Прости, что не поверила тебе, — словно бы между делом заметила гномка. — Все факты моей жизни всегда указывали на некие логические несостыковки, но чтобы все было настолько запутано… Когда я родилась, герцог Хаэл убедил короля открыть Элмор для гномов. Ты была права, заметив, что мои родители всегда хотели лишь лучшего для своего народа. Мой отец… то есть Зименф… — Юнуши запнулась. — Боги, как же все это переварить?! — Юнуши гневно ударила кулачком по столу, но тут же продолжила, рассматривая свои недавние записи. — Мой псевдоотец всегда говорил о моей избранности. Я думала, что он имел в виду нашего с Брунсом ребенка, обещанного короля. Но теперь весь смысл его слов стал мне ясен, — она наконец-то оторвалась от бумаг и посмотрела на склонившуюся над столом Аделаиду. — Гномы присоединятся к Альянсу, когда Хаэл пойдет на Гиран. И дело вовсе не в ребенке: Хаэлу нужна была их поддержка, а самим гномам — власть. Все выигрывали от такого союза. Да к тому же печать, что я могла вскрыть, хотя и не помню этого. Теперь я понимаю, что пророчество Дайчира никак не могло ко мне относиться, — Аделаида внимательно слушала все, что говорила Юнуши, а та вновь задумчиво уставилась в стол. — Мудрец Дайчир всегда называл меня избранной. Но ведь я не дочь Зименфа — а значит, во мне не течет кровь королей. Мой отец сам попал в свою же ловушку: возложив на меня святую миссию, он полностью запутался в разных пророчествах. Странно же, что гномьим королем будет внук темного эльфа, ведь так? — Юнуши попробовала улыбнуться, но ни ей, ни Аделаиде было не до смеху. — Ты же в это не веришь? — гномка подняла взгляд на эльфийку.
— Я тут стою и разговариваю с сестрой-гномкой, пока наш отец готовится напасть на нас… Я готова поверить во что угодно… — задумчиво произнесла Аделаида.
Но Юнуши, похоже, и не ждала от Аделаиды ответов и продолжила пояснять то, к чему пришла в ходе своих размышлений.
— Я все это время пыталась предположить, а что, если ты права, и знаешь — мозаика сложилась! — Юнуши громко хлопнула ладонями, так что Аделаида даже вздрогнула. — И все оказалось еще хуже, чем я думала, — с горечью добавила Юнуши. — Вот тут, — указала она на исписанный вдоль и поперек пергамент, — тут я описала все важное, что случилось со мной за последние несколько лет.
Аделаида присела на единственное в комнате кресло и приготовилась внимательно слушать сестру.
