Но даже если Хаэл действительно клюнет на предложенную ему приманку, они никак не могли проработать хотя бы половину возможных вариантов. Вдруг Хаэл сразу телепортируется, почуяв ловушку? А вдруг каким-то образом ему удастся забрать ее с собой? Вдруг ее внезапная затея послужит чьей-то гибели? Непрекращающееся карканье вдруг стало неимоверно раздражать Юнуши. Она чувствовала, как вся вспотела от охватившего ее напряжения. Ах, хоть бы кто-нибудь уже пристрелил эту надоедливую птицу! Она знала, что ее прикрывают темный эльф с Аделаидой, что они находятся в каких-то десятках шагов от нее, а еще дальше, в засаде, сидит целая команда, готовая вступиться за нее в любую секунду. Но ее все равно преследовало невыносимое чувство неизбежности, словно бы она стояла не на краю зеленеющей лужайки, покрытой мягким ковром нежных голубых цветов, а у самого обрыва над бездонной пропастью, и стоит ей сделать один-единственный неверный шаг, как пути назад уже не будет. Последние лучи заходящего светила медленно сползли с поляны, пробежались искрами по неподвижной глади воды, и все вокруг — и лес, и лужайка, и окружающие их изгибы высоких холмов — мгновенно окрасилось в темные тона. С закатом тревога Юнуши сразу же усилилась. За деревьями на другой стороне ей начали чудиться странные силуэты. Суматошно вглядываясь в темноту леса, она вздрогнула от неожиданности, когда из чернеющих кустов прыгнуло на полянку светлое пятнышко. Приглядевшись, Юнуши поняла, что это просто маленький белый крольчонок.
— Уходи, крошка, не то эта ворона тебя мигом унесет, — про себя подумала гномка, но тут же заметила вспорхнувшего из чащи за ее спиной черного дрозда и сразу поняла, что охота началась.
В ту же самую секунду в подтверждение ее догадки от деревьев отделилась темная фигура и направилась прямо к ней, невозмутимо ступая на обозреваемую со всех сторон поляну. Еще мгновение — и Юнуши разглядела в руках человека зазубренный меч и круглый щит с изображенным на нем рогатым черепом, и, когда тот был уже к ней на полпути, ей в сгущающихся сумерках удалось разглядеть через поднятое забрало шлема и его лицо. Это было лицо того, кто убил ни в чем не повинную, добрую, доверчивую Алис, кто без раздумий оборвал жизнь Ясека, самого дорогого ей на всем белом свете человека. Уверенной походкой в ее сторону шел тот, кого она поклялась убить при первой же встрече.
— Ирас, — вскрикнула она так громко, чтобы находящийся в десятках шагов от нее человек ее хорошо услышал, — Ирас, уходи! Это ловушка!
***
— Если она не достанется мне — она не достанется никому, это понятно? — еще раз переспросил Хаэл стоящего рядом с ним в густой чаще леса Ираса.
— Я Вас понял, милорд, — сухо отозвался Ирас. — Если я пойму, что графиня водит нас за нос, поверьте, я исполню, что должен.
— Как думаешь, сколько их там? — спросил Хаэл приблизившегося к нему сзади Микаэла, указывая на раскинувшийся у реки ельник.
Темный рыцарь, задумавшись, пожал плечами.
— Все кажется спокойным. Вон ваша гномка, не очень-то хорошо она спряталась, — кивнул он в сторону опушки.
— Может, наша колдунья и не соврала, и мы провернем все по-тихому: заберем дамочку и начнем наше нападение? — предположил Калиб, пересчитывая стрелы.
— Тогда чего высматривали те два эльфа, которых мы перехватили там, за рекой? Кому они должны были подать сигнал? — строго спросил Хаэл.
— Возможно, это были простые разведчики, — пожав плечами, допустил лучник.
— Давайте думать о худшем. Давайте предположим, что целый батальон там, на крепостном холме, только и ждет нашего появления, — в ответ на изумленные взгляды Хаэл продолжил: — И еще человек десять прячется где-то поблизости.
— И что, Вы просто пошлете Ираса одного к девчонке? — недоумевая, уточнила Брэнна, не отходящая от лучника ни на шаг. — Что это даст?
Хаэл помедлил, прежде чем ответить:
— Это даст нам первичное понимание ситуации, покажет нам истинное лицо этой гномки, — отозвался он наконец, не желая углубляться в долгие объяснения.
