Опасливо обернувшись, она начала свое продвижение в глубину помещения, освещенного всего несколькими факелами. Длинный зал с высоченным потолком провожал каждый ее осторожный шаг глухим эхом. Вглядываясь в темноту коридора, ей удалось приметить вдали неяркое голубое свечение, и она направилась прямо на него. Внезапный шум крыльев заставил ее на миг остановиться, но, еще крепче сжав обмотанную мягкой кожей рукоять катаны, она уверенно направилась на звук. По мере приближения к источнику шума ее шаги все четче и четче начали вторить размеренным взмахам огромных крыльев, и ее охватило небывалое волнение, когда она почувствовала, как сердце внезапно подхватило этот непрерывный ритм, наполняя грудную клетку тревожным стуком. В метре от нее над твердой поверхностью растрескавшегося от времени каменного пола висел окутанный голубой светящейся дымкой ангел. Неистово размахивая парой белоснежных широких крыльев, он, однако, не создавал совершенно никакого потока. Взмахнув крыльями в последний раз, ангел, раскрыв их, мягко приземлился прямо перед ней, представ во всем своем великолепии. Его лоснящееся обнаженное тело цвета бронзы хоть и было покрыто рельефными изгибами, но не выдавало абсолютно никаких признаков пола. Лицо было сокрыто высокой маской из серебристого металла так, что из-под нее виднелся лишь заостренный кончик его носа и ровные полные губы. Смиренно сложив крылья за спиной, ангел словно ждал чего-то. И Аделаида точно знала, что должна сделать. Меч прошел мягкое тело насквозь, после чего она с легкостью вынула его и только тогда поняла, какую страшную вещь только что совершила. Разжав ладонь, она опустила взор и словно бы в замедлении увидела, как катана, сверкая окровавленным лезвием, медленно падает на камни, окропляя красными брызгами подол ее белоснежного платья. Она посмотрела на руки: пальцы слипались от вязкой душистой крови. Так же плавно подняв голову, она полными слез глазами уставилась в невозмутимое лицо божественного создания.
— Простите меня… Я не хотела… — прошептала она, дотронувшись ладонью до мягкой щеки крылатого вестника Эйнхасад и оставив на ней ярко-алый отпечаток.
Ангел положил свою сильную мягкую руку на ее дрожащую ладонь, нежно провел по ней длинными пальцами.
— Мы знаем, — беззвучно ответил он в ее голове. — Я знаю, родная, — сказав это, он начал растворяться в темноте огромного зала.
Аделаида почувствовала пульсирующую в висках боль, страх оторваться от его щеки, но вскоре исчезли крылья и голова, и на полу у ее ног осталась лишь ровная кровавая лужа, и тут все факелы разом погасли.
Она села на постели, пытаясь отдышаться. Вот уже несколько лет прошло с тех пор, как она, по глупости ввязавшись в демонические разборки, навестила ужасную Башню Баюма, как она, поддавшись искушению, обучалась темному искусству, как помогла отцу свергнуть власть в Годдарде, но тревожные сны, связанные с этими далекими теперь событиями, продолжали преследовать ее, не позволяя и на миг забыть о давних ошибках.
Убедившись, что не разбудила Сальвию своим внезапным пробуждением, она закуталась в легкую шаль и вышла наружу. Воздух, наполненный ароматами трав и цветов, мгновенно вернул ее к реальности. Наслаждаясь великолепием и необъятностью ночного неба, она неспешно спустилась с утопающего в зелени пологого холма и, подойдя к самому берегу, круто обрывающемуся в черных водах бесконечного моря, с блаженством подставила свое лицо порывам мягкого освежающего южного ветра. Вода с шумом разбивалась об уступы, каких-то пару метров не доходя до ее босых ног. Черноту волн на мгновение рассек отблеск одиноко горящего на восточной оконечности острова маяка, и тут же снова мир провалился в первозданную тьму, освещенную лишь россыпью звезд.
В своих кошмарах она убивала ангела так много раз, что, если бы все происходило наяву, мир бы давно уже был избавлен от покровительства Богини Жизни. К ней приходили и другие видения, как радостные, так и еще более пугающие. Часто она видела себя идущей по усыпанному телами полю, одетой в кровавую демоническую броню, со сдвоенными мечами в руках. Перед ней, оставляя глубокие трещины на выжженной земле, шагал сам Повелитель Смерти, ужасный лорд Халлэйт, а за ее спиной до самого кровавого горизонта простиралась армия, состоящая из несметных полчищ демонов и мертвецов.
— Веди меня к победе, родная! — кричал темный лорд, и она в ужасе бросала на землю мечи и пыталась исчезнуть, но бежать всегда было некуда: со всех сторон ее окружали лишь смертоносные создания и изрыгающие огонь скалистые разломы.
Она никогда не видела лица взывающего к ней командира, лишь прикрывающий его могучую спину ярко-алый плащ, развевающийся под порывами огненного ветра, да венчающую голову корону с огромными лосиными рогами. И перед ним всегда простиралась бесконечная гладь лазурного океана.
