С силой ущипнув себя за мочку уха и убедившись, что все происходит наяву, Аделаида поняла, что настал ее черед повлиять на исход битвы, и вышла вперед. Уверенным взмахом руки она ввела в транс Микаэла, готовящегося своим огромным мечом снести голову ее парализованному союзнику, после чего попыталась сосредоточиться на застывшем в причудливой позе Тэль-Беларе. Пытаясь снять с него эффект паралича, Аделаида ловила себя на мысли, что ее невыносимо тянет перевести взгляд на неподвижно стоящего невдалеке от него Хаэла. Бросив на герцога быстрый взор, она увидела его ошеломленный вид, его наполненное непонятным наслаждением лицои тут же заставила себя сконцентрироваться на текущей цели. Паралич прошел, и, не теряя ни секунды, Тэль-Белар бросился в бой. Мгновение потребовалось темному лучнику, чтобы спустить очередную стрелу, но Хаэл умело отбил ее мечами. Тэль-Белар пытался зайти то с одной стороны, то с другой, но ни одна из выпущенных им стрел не достигла своей цели. Аделаида заметила, что в распоряжении Тэль-Белара осталась одна последняя стрела, и, стараясь сберечь ее, он немедленно вытащил из ножен свой острый кинжал и бросился на противника с тем, чтобы попробовать сразить его в ближнем бою. Желая помочь измотанному долгим боем союзнику, Аделаида неспешно попыталась приблизиться к сражающимся эльфам, но, словно бы угадав ее намерение, из леса резко выскочила Брэнна, та самая эльфийка, которой однажды уже удалось вставить неправедной дочери своего лорда палки в колеса. Создав вокруг своего повелителя целое облако защитных щитов, она, хищно ухмыльнувшись, бросила на Аделаиду исполненный презрения взгляд.
Видя, что Тэль-Белар сражается на пределе возможностей, Аделаида немедленно послала целебные лучи в его сторону, и тот, воспрянув духом, еще ожесточеннее сталпытаться достать своего врага, но большинство его быстрых ударов либо приходились мимо противника, лишь немногим уступающего ему в резвости, либо не наносили хоть сколько-нибудь ощутимого вреда владельцу сверкающих спаренных мечей, что вихрем вращались в руках своего обладателя, со звоном отскакивая от щитовидной рукояти вовремя подставленного под удар лука.
Не впервые приходилось Аделаиде проявлять подобную бдительность. Она знала, что просто обязана сохранять полный контроль над ситуацией, поэтому постаралась расположиться в самом центре поля. Время от времени отрывая взгляд от Тэль-Белара, она быстрым движением глаз обводила всех расположенных на поле боя воинов, поэтому сразу же заметила, когда очнулся Ирас. Большого труда стоило истекающему кровью от глубоких ран воину подняться на ноги, но Аделаида не дала темному паладину и шанса сделать хотя бы один шаг и немедленно усыпила его. Но едва она успела это сделать, как краем глаза приметила, что еще одна тень отделилась от леса и теперь скользила вдоль склона навстречу обездвиженному Микаэлу и лежащей на краю обрыва Юнуши. «Еще один сподручник герцога», — поняла онаи, предугадав следующий шаг неприятеля, снова использовала свое помрачающее разум умение. Теперь ей приходилось следить не только за своевременным лечением Тэль-Белара, но и за тремя усыпленными ею помощниками Хаэла, каждый из которых мог в любую секунду очнуться и немедленно прийти на помощь своему лидеру.
Аделаида видела безуспешные попытки Тэль-Белара добраться до своего главного противника, но не отчаивалась, зная, что одного точного попадания ее союзнику хватит, чтобы нанести Хаэлу смертельный удар. А главное, пока Хаэл истошно пытался отбить град обрушивающихся на него ударов, он никак не мог улизнуть с поля боя, используя свой свиток. Единственным, что беспокоило теперь Аделаиду, была темная жрица, которая, так жекак и она, следила за тем, чтобы ее подзащитный оставался в целости и невредимости.
