— Ты соображаешь, что сейчас говоришь? Эти черви не посмеют пойти в открытую против госпожи! Это бунт. — Фиорий понял, что разошёлся. — Вериф является владычицей Крейста, а Эльвицин её избранник. Будь она с нами, никто бы пикнуть не посмел. Уж извини меня, Иралий, но остальные демоны настолько слабы в сравнении с Вериф, что существует целое течение, которое считает, что остальные пять демонов — астральные проекции, аспекты или лики госпожи Вериф.
Между тем Иралий встал с кресла, совершенно не впечатлённый тирадой Фиория.
— Всё это демагогия и популизм. Есть человеческая природа, у которой в крови прописана жажда власти. Будь настороже и готовься действовать решительно.
***
— Столько дел, а вы говорите, что это всё нужно провести сегодня, потому что каким-то там лекарям так удобнее?
Сетара устало вертела в руке свой геройский жезл целителя. Оружие играло отражённым светом, пуская причудливых солнечных зайчиков. И зачем она его взяла? По сути, это настоял сидящий напротив Фиорий. Что-то вроде: «неотдилимый атрибут героини, гостьи из империи Акария». Но по сальному взгляду торговца Сетара прекрасно понимала его мотивы, ведь посох великолепно дополнял её роскошный наряд: шёлковое, серебристого оттенка платье, длинные в цвет перчатки, коралловые бусы, серьги. По словам помогавших ей с нарядом служанок, Сетаре «могли бы позавидовать знатные дамы практически всех государств», а известная своей красотой принцесса Лория оказывается встала бы с Сетарой в один ряд, но не превзошла её.
— Да лучше бы мы работали вместе, нам и так еле удаётся сдерживать болезнь. А не тратили время вот на … это. — Продолжила свою мысль Сетара, видя, что торговец не отвечает.
Старший жрец как будто бы снисходительно улыбнулся, наконец-то оторвав взгляд от её груди. Хорошо, что она выбрала закрытое платье.
— Сами понимаете, в некоторых ситуация не мы устанавливаем правила. Есть такие понятия, как бюрократия, интересы сторон, политический момент и прочее.
— Да знаю я.
— Собственно, мы почти на месте.
— Сетара, смотри, смотри! — Зашумела сидящая рядом с героиней Фиола и начала указывать на что-то за окном.
К тому моменту чуткий слух героини уже уловил нарастающий гомон сотен человек. Резко повернув на девяносто градусов, карета выехала на огромную площадь, щедро усыпанную красными цветами, похожими на лепестки сакуры. Множество деревьев с подобными листьями возвышались вдоль площади стройными рядами. По оценке Сетары, числа насаждений явно не хватало, чтобы создать такой листопад, так что видимо листья завезли. Вокруг проходил не то фестиваль, не то какой-то парад. Много людей в белых и красных тогах гуляли вдоль фонтанов, вычурно одетый оркестр играл какую-то торжественную мелодию, военные и чиновники также легко выделялись из толпы.
— Аналог вашего Фестиваля чистоты. Асардонцы решили бросить нам вызов в свой праздник.
Сетара кивнула, гадая, чьё убийство празднуется теперь. Фестиваль чистоты в Империи был учрежден в честь гонений на лекарей, а в особенности на магов-целителей.
— Сетара, смотри, там монстр! — Зашумела Фиола.
Героиня чуть не открыла от удивления рот, глядя, как из-за поворота появляется массивная туша.
— Это не монстр, Фиола, это слон. Такие звери живут и в моём мире.
Надо признать, что слон также выглядел впечатляюще. Со всех сторон украшенный богатыми тканями, бусами и своеобразным золоченным доспехом. Эти звери явно использовались для ведения войны.
Наконец карета замерла. Подсуетившиеся пажи тут же открыли двери Сетаре и Фиоле. Ставший не в меру галантным Фиорий подал руку сначала героине, а потом и её воспитаннице.
Пятачок, куда они прибыли, тут же заполнился толпой. Люди — богатые и бедные — вовсю разглядывали гостей, а некоторые попытались прорваться к прибывшим. И лишь оперативные действия стражи сдерживали желавших прикоснуться к героине. Сетара чувствовала себя страшно неудобно. Естественно, всей душой он желала помочь каждому, выслушать все их проблемы, но чисто физически это было нереализуемо.
Идущий рядом Фиорий чуть придерживал Сетару за руку и что-то увлеченно рассказывал, водя руками перед её лицом. Они уже поднимались по широким мраморным лестницам ко входу в какое-то величественное белокаменное здание, по форме напоминающее стадион. Слева и справа был выставлен почетный караул, состоявший из членов ордена Третьего знамения, а также представителей нескольких крупных воинских кланов. В численном преимуществе в основном лидировал Клан луны, служивший асардонцам. Клан ночи лояльный Фиорию и его сподвижникам напротив был представлен незначительно.
Ощутив какое-то странное чувство тревоги, опытный глаз Сетары быстро вычленил странного наряда воинов, что по одиночке стояли на возвышениях, либо скрывались практически в каждом углу. Застегнутые наглухо в болотного цвета куртки, опущенные капюшоны, скрытые под вуалью лица.
— Фиорий, что тут делают молохианцы?
