Копай, Ами, копай… полностью

Ами: Деньги в такой ситуации очень важны, Эстер. Понимаешь, Меир ведь только смотрит, ни на что не рассчитывает, ничего не просит. Но это сплошная видимость. Потому что любовь — это война. Захват территории, оккупация. Если Мали ему просто разрешит, скажет: «сиди тут и смотри сколько хочешь на моего Давида», то Меир тут же возьмет это и потребует еще. А когда она берет деньги, то тем самым как бы отмеривает ему ровно столько, за сколько заплачено. Понимаешь? Она оставляет себе контроль над событиями. Вот в чем тут дело — не в деньгах, а в контроле.

Шош: Больно умно, на мой вкус. Любовь… оккупация… отмеривает… контроль… Ерунда это, Ами. Все намного проще: заведению нужны доходы… (потягивается) Заведению доходы, а мне зачет.

Ами: Зачет?

Шош: Ага. По гуманизму. У самого ректора.

Ами: У самого Упыра? Что ж ты со всеми не сдала?

Шош: Так вышло. Теперь отдельно, у него в кабинете. Боюсь — жуть…

Мали со стуком меняет почти нетронутый стакан Меира на новый, полный.

Эстер: О! Снова! Бедный Меир…

Ами: Да, девочки, спасибо за обед. Было очень вкусно.

Шош: Что, уже все слопал? Мы ж тебе на неделю наготовили! Да на тебя, солдат, не напасешься…

Эстер: Ну зачем ты так, Шош? Организм у Ами молодой, растущий…

Шош(многозначительно): Ага… знаем мы, что там у него растет… и где, и на кого…

Эстер толкает подругу ногой под столом. Входит Давид Хен, кивает девушкам, хлопает по плечу Ами, проходит за стойку и начинает вытирать руки полотенцем. Меир пожирает его глазами.

Давид(не оборачиваясь): Привет, Горовиц! Как твой докторат?

Меир(сдавленным голосом): Здравствуй, Давид. Спасибо, что спросил. Только это пока диплом, а не докторат…

Давид: Сегодня диплом, завтра докторат… (повернувшись, смотрит на нетронутый коньяк Меира, бросает укоризненный взгляд на Мали и наливает стакан сока) Пей, Горовиц. Сок, как ты любишь. За твою ученую карьеру. За счет заведения.

Мали возмущенно грохочет посудой.

Меир: У тебя… в волосах…

Давид: Что?

Меир: Песок в волосах…

Давид: Ах, это… это ничего. Не обращай внимания…

Взвывает сирена. Начинается всеобщая суета. Из‑за кулис появляется Человек-с-лопатой.

Ами: Сирена! На пол, ребята, на пол! Черт его знает, куда прилетит! Эстер, на пол!

Эстер: А как же ты? Ами!

Человек-с-лопатой (в зал): Черт его знает, куда прилетит… Ну, мы‑то с вами знаем это не хуже черта, правда? Прямиком во дворик Серебряковых. Надеюсь, что госпожа Элен уцелеет в своем одиноком шезлонге. Хотя… насколько я помню, там был какой‑то телефонный звонок. Вот ведь от каких мелочей всё зависит…

Эстер: Ами!

Нарастающий звук подлетающей ракеты.

Ами: Это к нам! Лежать! Всем лежать! (сидя в кресле, закрывает голову руками).

Шум близкого взрыва. Полежав еще секунду — другую, все поднимаются с пола.

Мали: Вроде, не в нас… И не в соседей. Но близко. Да, Ами?

Ами: Ага. По — моему, на том конце улицы. Где‑то в районе профессора. Давид, надо бы туда подскочить… поможешь?

Давид(выйдя из столбняка): Конечно! Бежим! Скорее! Выезжай, что ты тут перегородил! (хватается за ручки инвалидной коляски).

Ами: Не трожь коляску, я сам! Сам!

Всеобщая суматоха. Все, за исключением Мали, бегут в направлении взрыва.

Эстер(указывая на халатик): Смотри! Вон там, под кустом!

Шош: Боже мой!

Давид(вбегает): Что? Что случилось?

Шош: Вон там, видишь!