Главным образом капитаны говорили на встречах о делах — о пригодности рабов и прежде всего о ценах на них, но также об отношениях с черными торговцами (кому можно было доверять, а кому нет), и какие именно товары стремились купить африканцы. Они могли также поделиться запасами, предоставить квалифицированную рабочую силу (плотника или врача), лекарства, продукты или товары — правда только до тех пор, пока такая помощь не угрожала интересам самих торговцев и судовладельцев, на которых они работали. Почетное место на этих встречах принадлежало капитану, который знал местность лучше всего. Матрос Уильям Баттерворт описал обычай, по которому «самый старый» капитан среди собравшихся (в смысле самый опытный) первым вел судно вверх по реке Калабар для торговли [282].
Капитаны также обменивались мнениями о своих офицерах, матросах и рабах. Здесь репутация офицера могла либо подтвердиться и усилиться, либо, наоборот, оказаться уничтоженной, поскольку все капитаны обращали внимание на квалифицированных и надежных людей, которых они могли бы нанять или, наоборот, отказывались бы нанимать в будущем. Они также часто жаловались на докторов и их квалификацию. Они могли обвинить их в том, что те не смогли предотвратить смерти, и в нескольких случаях возникали серьезные конфликты между капитанами и их обычно более образованными и иногда «просвещенными» судовыми врачами [283].
Беседы о матросах и рабах имели тенденцию концентрироваться на их неповиновении. Занесение простых матросов в черный список было одной из задач таких встреч, здесь также принимали решения об удалении мятежных матросов и о замене их на моряков с других кораблей, если это было возможно. Капитаны обменивались мнениями о наказаниях, предлагая друг другу помощь и поддержку. Беседы об африканских рабах, несомненно, были наполнены расистскими оскорблениями в адрес различных этнических групп и их поведения на судне. Существовало неписанное правило братства капитанов работорговых судов на побережье: они, независимо от национальности, приходили на помощь друг другу в случае мятежа команды или бунта невольников [284].
Коллектив капитанов работорговых судов иногда действовал как своего рода правительство на побережье Африки. Когда возникали проблемы и надо было к кому-то обратиться в данной области, то созывался совет, на который приходили все соседствующие капитаны. Как военно-морские офицеры, которые встречались, чтобы совещаться о стратегии сражения, капитаны работорговых судов обдумывали и вырабатывали коллективное суждение о том, как им лучше поступить. Они могли решить судьбу главаря неудавшегося восстания, как просил Уильям Снелгрейв у группы из восьми капитанов в 1721 г. По их приговору корабли должны были подойти как можно ближе друг к другу, вывести всех рабов на палубу, вздернуть преступника на воздух и затем стрелять в него, пока он будет висеть, чтобы все это видели и запомнили урок устрашения. Раб, о котором шла речь, спорил со Снелгрейвом, полагая, что он имеет слишком большую экономическую ценность, которую надо оберегать. Он ошибся. Снелгрейв и другие капитаны были настроены довести до всех невольников сообщение, что так будет с любым африканцем, который убьет «белого». Хью Крау созвал на встречу всех капитанов в Бонни, чтобы спросить, что нужно сделать с помощником, который часто напивался пьяным, разжигая мятеж среди команды и заставляя капитана опасаться за свою жизнь. По их приговору ему было позволено иметь свою каюту (потому что он был из «почтенной семьи в Ливерпуле»), но с него были сняты его обязанности [285].
Капитаны также сильно хвастались между собой тем, как они смошенничали в торговле с помощью алкоголя, пустых бочонков пороха, больших частей тканей, отрезанных от рулонов, в обмане «числом, весом мерой или качеством того, что они покупали, всевозможными способами». Ньютон вспоминал, что «человека, который был самым ловким в таком мошенничестве, сочли самым умным в делах». Это и было искусством торговли. Капитаны в итоге демонстрировали дух товарищества, сообщество интереса, осознание вида. Их встречи представляли своего рода общества взаимопомощи богатых белых людей [286].
