Таким образом, разбирая все истекающие из этого понятия слова, мы можем понять, что ни одно из них не уклоняется от разума славянского языка.
Тимофей решил помочь:
– Мы хотя и не употребляем их в своем языке, но по единству корня можем понять их значения, то есть по глаголам родить, рождаю чувствовать мысль, какую имели иностранцы, когда стали говорить: латинец – radix, итальянец – radice, француз – racine, англичанин – root – понимая корень. И дальше: латинец – radius, итальянец – raggio, француз – rayon, англичанин – ray – понимая луч. Отсюда произошли уже непосредственные их ветви, такие как итальянское radicale, французское и английское radical, которые означают коренной, итальянское radioso или raggiante, французское radieux или rayonnant, английское radiant, которые означают сияющий, блестящий, лучезарный.
Английское слово root, означающее корень, ближе всех показывает свое происхождение от славянского род. Итальянец тоже произносит свое радиче близко к славянскому родич, то есть рождающий.
Немец называет луч словом strahl, голландец – straal, датчанин – straale, от славянского стрела, потому что, воображая луч стремящимся от светила, мы видим в нем подобие стрелы, которая и сама происходит от простираюсь, стремлюсь.
Познание чрез наш язык тех в иностранных языках начал, которые им самим неизвестны, послужат нам как в своем, так и в их наречиях. Оно поведет нас, как здесь, так и в других случаях, к разрешению вопроса: латинское radix – корень, французское rayon – луч, английское root – корень – разные ли по сути или одно и то же слово, различно произносимое? Ответ – одно и то же, потому что во французском rayon корень ra очевидно сокращен из rad, как показывают в том же языке однозначащие с разными окончаниями слова radieux, rayonnant – лучезарный. В английском – тоже, потому что изменение букв а в о и d в t делается легко. Коренное значение этих разноязычных слов легко отыскивается в славянских словах родить, род.
<p>Эпизод 3. Сопки</p>1 июля 1862 года, Дубовики
Выехали из дубовой рощицы, когда уже начало темнеть.
Тихомир предложил:
– Заночуем здесь?
Немец что-то взволнованно промычал и показал рукой на ряд возвышенностей.
Даже в полумраке была отчетливо видна их правильная округлая форма, что не предполагало их природного происхождения.
Марфа начала считать вслух, показывая пальцем:
– Одна, две, три… семь.
Тихомир задумчиво произнес:
– А что за горки такие?
Тимофей ответил:
– Это – сопки.
Тихомир переспросил:
– Сопки?
Тимофей подтвердил:
– Так и есть. Сопка от слова сопеть.
Тихомир догадался:
– Сопеть – значит спать. Это усыпальницы!
Марфа перекрестилась:
– Не будем здесь ночевать.
Тимофей спросил у Немца:
– Ладога совсем рядом?
Тот кивнул и показал рукой на противоположный левый берег, где виднелись жилые огоньки.
