— У тебя есть ко мне какие-нибудь вопросы, Джада? — спросил Брэн. Он смотрел на меня, а не на игру.
Я покачала головой.
— Нет, наверное.
— Разве тебе неинтересно, как мы оказались женаты?
Теперь я точно знала, что мы женаты, потому что Элио подтвердил это. Хотя это все равно казалось нереальным.
— Я знаю как.
Брэн поднял бровь.
— И как же?
— Тебе приказал твой отец. У О'Конноров и Де Санктисов был конфликт, поэтому твой находчивый старик, патриарх клана, решил уладить все по старинке. Элио рассказал мне.
— Ни хрена твой брат не знает. — Брэн тихо фыркнул.
— О, правда. — Я откинулась на спинку дивана и скрестила руки на груди. — Тогда почему же мы поженились? Потому что оказались замешаны в этом дерьме с тайным обществом?
Брэн медленно покачал головой.
— Ты же сам велел мне задавать вопросы, а теперь не хочешь отвечать на них?
Он взял свое пиво и сделал большой глоток, глядя на меня поверх края бокала.
— Я женился на тебе, Джада, потому что должен был. У меня не было выбора. Я был вынужден. С того момента, как я увидел тебя в другом конце зала на свадьбе Ренато, что-то внутри меня просто знало.
Я слушала его, затаив дыхание. Его слова завораживали. Когда новый музыкант вышел на импровизированную сцену и начал настраивать свой инструмент, я наконец выдохнула.
— Но я не она. Не та женщина со свадьбы.
— Ты она, просто моложе на несколько недель.
Я рассмеялась.
— Тем не менее. Если изменить прошлое, кто знает, смогут ли два человека по-прежнему быть вместе. Опыт, который мы разделили, исчез…
— Это имеет значение только в том случае, если ты думаешь, что любовь — это случайное стечение обстоятельств… удачное совпадение, во что я не верю.
Мне удалось взять себя в руки достаточно, чтобы встретить его непоколебимый взгляд. Мои глаза побуждали его продолжить.
— Я хочу сказать, что неважно, как мы встретились, где и когда… Я буду влюбляться в тебя каждый раз, при любых обстоятельствах, шелки. Нет такой версии моей жизни, в которой я бы не любил тебя. Вот что значит судьба. Мне предначертано любить тебя, и я буду ждать, сколько потребуется, пока ты не вернешься ко мне.
Мой рот приоткрылся. Что я могла ответить на такое? Его слова были грандиозными, от них захватывало дух и они звучали так чертовски спокойно — без высокомерия или гордости. Мое сердце сжалось. Прекрасная боль.
Музыкант на сцене начал играть. Мелодия была печальной, почти призрачной. Я ухватилась за возможность сменить тему. Голос Брэна, полный грубых эмоций, заставлял меня чувствовать самые разные вещи.
В голове возникли слова, и я попыталась тихо пропеть их себе под нос, но они все время ускользали, оставаясь вне досягаемости.
— Ты знаешь эту песню? — спросил Брэн, откинувшись в кабинке и изучая меня.
Я кивнула.
— Думаю, она была моей любимой, но я не могу вспомнить ее чертово название… так что ничего нового, верно? — Я послала ему маленькую, натянутую улыбку.
У него сбилось дыхание, а рука, лежащая на столе, сжалась в кулак. Его обручальное кольцо сверкнуло в свете над столом золотой вспышкой.
— Что ж, с этим я могу тебе помочь. Она называется «Шелки и весенний прилив».
Джада заснула в кабинке. Только что она слушала музыку с легкой расслабленной улыбкой на своем прекрасном лице, а в следующую секунду ее голова коснулась моего плеча, и она крепко уснула.
Я просидел так несколько часов, наслаждаясь тем, как она спит на моем плече, и запахом ее волос, окутывающим меня. Музыканты закончили, посетители направились к выходу. Свет был приглушен, а снаружи падал снег. Это был идеальный момент. Только я и моя девочка.
Когда стало достаточно холодно, чтобы она задрожала, я поднял ее на руки и отнес наверх. Прижав ее к груди, я перенес через порог моей квартиры, как хотел в ту ночь, когда мы поженились.
Здесь все еще хранились ее вещи. Я держал их все на местах, как какой-то ненормальный преследователь, ожидающий возможности поймать объект своей одержимости и закрыть в красивой клетке.
Да кого я обманывал, именно таким я и был. В конце концов, я украл шкуру моей шелки.
В ту ночь я не спал.
Уложив Джаду в нашу кровать, я сел в кресло рядом с ней и стал смотреть, как она спит. В том, как лунный свет отражался на ее лице, было что-то завораживающее.
Что, если она никогда не вспомнит меня? Что, если это была последняя ночь, которую мы провели вместе?
В моем кармане завибрировал телефон.
Я неохотно оставил Джаду и направился вниз. Элио стоял возле своей машины с папкой в руках. Он дернул головой в сторону паба.
— Она там? Она сбежала от своей охраны вчера вечером. Один из парней успел догнать ее, чтобы увидеть, как она заходит внутрь. Я подумал, что с тобой она будет в относительной безопасности.
Я прижал руку к груди.
— Вау, я тронут. Наши отношения действительно развиваются.
