Мы все же отпускали нескольких, (делали вид, что упустили их и они смогли сбежать) чтобы те вернулись к своим и рассказали во всех красках о пережитом аде. А уж поверьте, эти трусы действительно живописно описывали пережитый кошмар.
Как и планировалось, такая "шалость" сошла нам с рук. Кровавая Вражда была объявлена очень быстро, особенно когда мусорщики, напуганные расправами, стали избегать новых набегов, опасаясь пленения. Нам удалось задеть их — и даже больше, мы вызвали настоящий гнев. А в гневе как раз можно забыться, совершая глупейшие поступки и сомнительные решения. Практически все шло как по маслу.
Мусорщики готовили свой флот, а мы свой. Очередной раз нам предстояло встретиться лицом к лицу с врагом, это уже начинало надоедать. Я злился лишь из-за несправедливости, я устал искать обходные пути и мирные решения, будто во всей вселенной только мне одному это и надо было. Возможно я преувеличиваю, возможно сказывается моя долгая жизнь, но все было так и только так.
Не скажу, что мне нравилось происходящее... скорее, было все равно. Но я чувствовал переживания Адама в мысленной сети, особенно когда мы с ним находились на основном флагмане, готовясь к новой войне. Я думал это временно, он поймет, он сможет смериться.. В какой-то момент я, как и все остальные, понял, что один из близнецов пропал из мысленной сети. Это не на шутку встревожило меня. В лучшем случае он мог покинуть корабль, никого не предупредив — но тогда бы мы поняли это по его намерениям в мыслях. В худшем — он мог "
Проблема в том, что жуки воспринимают отлученных от сети как чужаков. Мы уже сталкивались с этим, когда некоторые особи внезапно впадали то в безумие, то в бездействие — какая-то эволюционная ошибка отлучала их от роя. И ладно, мы с Лилит еще могли отнестись к этому более-менее нормально, но Фаэлира не станет церемониться даже с собственным... сыном...
К счастью, я вовремя вспомнил, что моя рука уже давно является отдельным существом — настолько я к ней привык, что перестал замечать. Так вот, левая рука-жук, полностью подчинявшаяся моей воле, была отправлена на поиски Адама по всему авианосцу, да и я сам бросился его искать.
Мое руке повезло справиться с задачей раньше всех. Найти его удалось в грузовом отсеке — он спрятался между двумя стенками из биомассы, свернувшись в клубок, словно потерянный и всеми брошенный. Я быстро подбежал к нему и заметил странную вещь: почему-то теперь воспринимал его как чужого человека. Когда наша связь пропала, я перестал ощущать родство с ним. Это было странно — разумом я понимал, кто передо мной, но в сердце не было привычного тепла.
— Адам, что с тобой? — спросил я, кладя руку ему на плечо.
— Я... Я больше так не могу! Ты не видишь всего этого?! Ты не понимаешь тот кошмар, к которому мы причастны?! Мы монстры, ужасные, страшные монстры! — он явно обезумел от происходящего.
— Успокойся, попытайся объяснить нормально...
— Сам успокойся! — крикнул он в ответ. — Мне это осточертело! Я устал от всего, устал видеть эти бесчисленные образы в голове миллионов существ, устал от вечного страха, который приходится прятать, устал от её голоса... Да, от голоса Фаэлиры! От него никуда не деться, никуда не скрыться! Думал, можно улететь на край света, но оказывается — нет!
— Я тебя не понимаю... Мы все с этим сталкиваемся, почему это стало беспокоить именно тебя? Почему сейчас? Хотя постой, я понял помечу...
— Арвум, у меня в голове наконец-то тишина! Я не вижу чужих образов, не слышу посторонних мыслей. Это прекрасно...
В тот момент я все понял. Я точно знал, что он окончательно сошел с ума, и представлял, что будет дальше. Мне оставалось только успеть воспользоваться моментом.
— Адам, у нас мало времени. Скажи мне, как ты смог скрыть свои мысли?..
Я наблюдал, как королева вскрывала мёртвое тело Адама, что-то ища в нём. Его прекрасное мёртвое лицо выражало спокойствие, взгляд застыл. Я не мог понять, что чувствую, хотя знал, что именно так и произойдёт.
— Необязательно было его убивать…
— Ты не прав. Он представлял опасность для всего роя. Такое недопустимо. Я понятия не имею, на что он был способен, а сейчас это и узнаю. — Королева отвечала через мысленную сеть, не отрываясь от своего занятия.
— Ты напоминаешь мне тех диктаторов, с которыми мы вечно ведём переговоры. Они тоже казнят за любое инакомыслие, боясь потерять хоть крупицу власти.
— Это неправда. Хватит драматизировать. Тебе-то уж точно не стоит об этом говорить. Разве не ты больше всех споришь со мной и ставишь под сомнение мои решения? Разве у вас с Лилит мало свободы?
— А если бы я отлучился от сети? Если бы со мной случилось то же, что с Адамом, ты поступила бы так же?
Последний вопрос остался без ответа — даже в её сознании. Она не смогла прийти к однозначному решению, обдумывая такой вариант. Я видел это. Чувствовал её сомнения.