— Время — это важно, — отозвался из угла не теряющий времени зря Колтри. — Мыши или птицы живут иначе, не так, как люди. Мышь может вырасти и состариться за год-два.
Я удивлённо покосился на него. Он сейчас не отпугнёт мне добровольцев такими речами? Однако, он продолжал:
— Совершая обратное превращение, я верну шпионам тот возраст, которым им положен природой. При одном условии — если они будут ещё живы на тот момент.
— Ну, я надеюсь, что настолько дело не затянется. И потом, можно чередоваться! Месяц, затем они возвращаются к нам, на их место приходит другая смена…
— Можно и так, — кивнул Колтри.
— Ваше Величество, — неожиданно подал голос один из будущих шпионов-перевёртышей. — Разрешите обратиться!
— Разрешаю, — сощурился я. Вопросы по делу — это всегда кстати; даже сам факт того, что человек решил задать вопрос, показывает, что он заинтересован в ответе и в успехе общего дела.
— А как мы будем связываться со столицей? — задал подросток самый, наверное, волнующий и меня самого вопрос. — Как мы сможем передать сведения вам?
— У нас было два варианта, — ответил за меня Тилль. — Первый — уже знакомая вам волшебная бумага. Чернила… писать может и животное — хвостом ли, лапами ли… Это будет дольше, но всё же возможно.
«И приведёт к тому, что, если ильфатцы узнают о нашей уловке — будут ловить животных с чернильными пятнами», — подумал я, но вслух ничего не сказал.
— Второй вариант — связать вас с нашими шпионами в ильфатской столице, и передать им особый шифр, язык жестов, который разучите и вы, и они. Вы будете передавать сведения им, они — добираться до границы страны и передавать всё дальше, по цепочке.
Тилль слегка лукавил — этих двух вариантов «у нас» не было. Кажется, он придумал их сам, втихомолку, пока я корпел над бумагами и пытался сосредоточиться.
— Думаю, второе — лучшая идея, — заметил я. — Однако, бумага пускай останется на крайний случай, когда передать что-то нужно будет срочно, не дожидаясь недели-двух, за которые обычно сведения добираются до нас.
— Вот и отлично, — кивнул Тилль. — Шифр будет готов сегодня к вечеру. «Да», «Нет», буквы алфавита… Возможно, добавить что-то ещё…
И когда он всё успевает? Я даже слегка позавидовал такой собранности и целеустремлённости.
— Печать создана, — Колтри поднялся с колен, отряхивая полы длинной мантии. В его руке светился мистическим светом белый кристалл. — Если всё остальное готово, мы можем приступать?..
Я вопросительно поглядел на шпионов. Те ловко соскочили с кресел (обычно сидеть при королевской особе было не принято, но я разрешил им сесть, не обращая на такие формальности внимания) и вытянулись по струнке.
— Сочтём за честь, Ваше Величество! — отчеканил один из них. Кажется, подросткам хотелось подвигов… Что ж, похвально, похвально.
— Тогда начинаем, — скомандовал я.
После лёгкой дискуссии мы решили, что лучше всего подойдут четыре вида животных: мышь, воробей (точнее, неизвестная мне до переселения в Гротлинг местная птичка, которую я про себя называл воробьём), бурундук и ящерица. Быстрые, ловкие… А главное — способные укрыться в любой щели.
Колтри завёл всех четверых внутрь печати и нарисовал каждому на лбу по символу. В центр круга он поставил тот самый светящийся кристалл. Тот сверкал так ярко, что я невольно залюбовался игрой света на его гранях.
— А теперь можно спокойно идти по своим делам, — неожиданно объявил маг. — Задача шпионов — не шевелиться и не выходить из этого круга три часа. Магия медленно впитается в вас, шаг за шагом, но вы не должны даже пальцем или волосом оказываться за пределами круга.
Все четверо медленно и не вполне уверенно кивнули. Кажется, горячие и активные подростки представляли себе магический ритуал… немного не так. Впрочем, и я сам видел его слегка иначе.
— Да, я предупреждал, что ритуал долгий и сложный, — кивнул Колтри на мой слегка разочарованный взгляд.
— Ещё вы говорили, магистр, что он дорогой, — заметил я. — Какой из его компонентов настолько дорог?
— Видите тот кристалл? — указал Колтри на сверкающий камень внутри круга.
— Конечно. Он так блестит, что его хочешь, не хочешь, а всё равно увидишь.
— Это бриллиант из вашей сокровищницы, Ваше Величество, — сообщил мне маг. — Чистейшей воды. И в конце ритуала он обратится в пыль.
У нас с Тиллем синхронно поднялись брови; подростки в круге тоже уставили на бриллиант завороженными глазами…
— Ладно, — махнул я рукой. — Это вполне разумная трата. Более чем.
В течение двух с половиной часов мне удавалось заниматься государственными делами, в основном — не имеющими отношения к войне. Забрасывать мирные нужды страны было бы критической ошибкой, ведь в этом случае мы, даже победив, получили бы голод и разруху.
Тилль в это же самое время дорабатывал свой шифр. Я посоветовал ему добавить туда простейших сигналов вроде «Срочно», «Важно», «Тревога» или «Нас раскрыли» — короче говоря, таких слов, которые не будет времени расшифровывать побуквенно.
